Театр бронзовых сюжетов

В Харьковской муниципальной галерее открылась выставка «Теплого металла и цветных красок» Олега Калашника — талантливого скульптора, авангардного художника и дизайнера.

Завидую тем, кто еще не побывал на этой оригинальной экспозиции, потому что им только предстоит встреча с работами этого мудрого и зрелого мастера. Особенно хороши миниатюрные скульптурные композиции в мягком, а по словам их создателя — «теплом» металле. Выставка стала вторым в нынешнем творческом сезоне позитивным потрясением, сначала полученным мною от спектакля «Чевенгур» Оксаны Дмитриевой и Натальи Денисовой и теперь — от философски завершенной в металле драматургии Олега Калашника.

«Театр бронзовых сюжетов» — на мой взгляд, самое точное определение всего увиденного за несколько стремительно пролетевших минут. Для меня просмотр начался с экспоната, который я определил для себя — своеобразным набором пазлов, произвольно заключенных в едином квадрате, где каждая ячейка вмещала многообразие частей человеческого лица, а может, нескольких лиц. По собственному желанию мысленно собирал физиономии, произвольно проецируя в своем сознании их характерные особенности.

Вглядываясь в облачное небо, мы часто ищем схожесть облаков с людьми, животными. Мне и в голову никогда не приходило, что такое можно отлить в металле, а Олегу Калашнику пришло. Вдохновившись чередой плывущих облаков, он воссоздал бескрайние просторы, по которым плывут представители земной фауны — материальные в лесах и на лугах, зато невесомые в небесах.

«Рыбак и рыбка» — бескрайний полет фантазии. Невод. В нем рыба. Невод в руках рыбака. Рыбак в лодке тянет невод. Рыба держит неводом лодку с рыбаком. Противоборство человека и рыбы передано безмолвным, но предельно конкретным действием — так напряженность внутреннего состояния могут передавать только хорошие артисты. Очаровывает легкость, с которой выплавлен этот эмоционально скупой, но о многом повествующий сюжет.

Если и дальше отталкиваться от драматургии, то обязательно надо определиться с жанровой культурой — не каждого предмета в отдельности, а застывшего в металле действа в целом, потому что все увиденное напоминает несколько актов драматического спектакля, состоящего из множества идеально мезансценированных картин. Конечно же, доминирует лирическое начало — любовь, ставшая объединяющей силой всех без исключения миниатюр, не столь откровенных в желаниях персонажей. В отличие от бессмертных произведений старых мастеров, они менее манерны, но не менее чувственны.

«Луна и Месяц» — лирический этюд или фрагмент из балета на самую красивую музыку. Удивляет отсутствие условности, как правило, обязательно присутствующей в любой художественной метафоре, однако прозрачность этого произведения просто сияет хрустальной реалистичностью, обходясь без условного украшательства. То же самое можно сказать о прекрасных скульптурных миниатюрах «Адам и Ева», «Звезда с неба», «Город, который построил я».

Миниатюрные изделия из металла всегда занимали важное место в мировой художественной культуре. Классификация изделий из металла как вида декоративного или декоративно-прикладного искусства — явление уникальное по своим выразительным возможностям. Различие между так называемым «декоративным» и «изящным» искусством не является существенным, и работа по металлу с точки зрения художественного мастерства рассматривается как равноценная живописи и скульптуре. Во многих случаях мастер, создающий произведения из металла, оказывался столь же искусным художником.

Подтверждением тому стала серия картин Олега Калашника под общим названием «Картография». Не будем по этому поводу особо мудрствовать, приведем слова автора.

— Шарик нашей планеты покрыт бесконечным множеством линий, черточек и пятен. Как будто кто-то большой и невидимый оставил свои отпечатки пальцев или следы от ботинок на наших городах. Каждый город неповторим в своих чертах, в их поворотах и наслоениях. Кто задает направление этим линиям? Архитекторы или стихийное развитие строительства? Кто и как придумывает цвета флагов? Какие смыслы люди вкладывали, делая их знамением миллионов? Сколько историй зашифровано в этих цветных сочетаниях?

Из скрещивания цветов и черточек рождается портрет города, какой он есть, каким его можно было бы увидеть. Картины — взгляд на город с высоты неба.

Это действительно красиво, но пугает ощущением высоты и непривычной манерой живописания, какому, если мне не изменяет память, еще не придумали названия.