Лимониана. Старая школа
22 февраля Эдуарду Савенко — 70. Прогнозировался шквал публикаций и даже книг о
писателе, известном под псевдонимом Лимонов. В ноябре прошлого года издательство
Ad Marginem выпустило перевод романа Limonov, который француз Эмманюэль Каррера
написал еще в позапрошлом году. О книге отозвались не только литераторы, но и
политики: Николя Саркози, по словам Захара Прилепина, рекомендовал ее всем
землякам. Лимонов без ложной скромности декларирует: «Все это выводит меня в
первый ряд европейских писателей».
Однако нет пророка в своем Отечестве: на родине писателя не вспоминают с
ожидаемым размахом. Честно говоря, думал, что издательства не проявляют
энтузиазма, поскольку ссориться не желают. Ведь сам писатель умудрился раздать
всем сестрам по серьгам.
Зло, остроумно, гениально размазал в своих ЖЖ-проповедях всех оппо-вождей
(Удальцова, например, назвал челом, обладающим личной храбростью и мозгами
сержанта). А поскольку в книжной индустрии, равно как и в медийке, доминируют
либо креаклы, либо им сочувствующие, то Лимонова там читать читают, но
пропагандировать не желают.
Это с одной стороны. С другой — Эдуарда призывают к штурму Кремля и те, кто
втайне не сочувствует «белому» движению, а как раз наоборот, тоже… Вот подумал,
какой глагол употребить и решил, что уместнее всего — «стремануться». Хотя лично
мне кажется, что в человеческом плане, в «пацанском аспекте» Лимонов гораздо
ближе Путину, чем его друзья-соратники типа Кудрина и/или Медведева.
К чему это все? К тому, что на днях буквально на меня вышло руководство
издательства «Алгоритм», и выяснилось, что они оперативно желают переиздать мой
прошлогодний труд «Лимониана, или Неизвестный Лимонов» (М., «Зебра-Е»). Где я,
право, не могу называться «автором». Даже «как бы автором» не могу. У этой
книги, по сути, несколько соавторов. И самый козырной из них именно Эдуард
Вениаминович Савенко. Именно он отвечал на журналистские вопросы, и кроме того,
без Лимонова-писателя не было бы литераторов Наталии Георгиевны Медведевой и
Ярослава Юрьевича Могутина, настоящих соавторов «Лимонианы».
Главный вывод, который я сделал, работая над «Лимонианой», — за 20 лет как
писатель Э.Л. совсем не эволюционировал. Что, конечно же, никак не уменьшает
масштаб его дарования: в творчестве Ивана Бунина и Льва Толстого были
двадцатилетние периоды стабильного творчества, не отмеченные сменой манеры. В
комментарии к рецензии на сие «произведение», опубликованной в «Однако»,
пытливый читатель заметил: «Авторская (лимоновская) реализация концепции
Сент-Экзюпери «Прежде чем писать, надо жить»… Лимонов как литератор представляет
собой совершенно уникальное явление, вероятно, чисто русское. Он исхитрился
непротиворечиво скрестить в своем творчестве Вениамина Каверина и Генри Миллера.
Этим своим жизненным экспериментом Лимонов останется в Истории, по крайней мере
в Истории Литературы. А все остальное, по-моему, козьи потягуши».
И вот что еще. Недавно приглашал к себе в эфир (проект «Правда-24» на канале
«Москва-24») Анатолия Лысенко, главу Общественного телевидения. И за
постэфирными чайными возлияниями напомнил ему сентенцию Уинстона Черчилля,
которую он, Лысенко, любил повторять, руководя культовым «Взглядом» (слышал этот
приговор не менее дюжины раз лично; жаль, забыл упомянуть данный нюанс в
мемуарах «Битлы перестройки» и «Влад Листьев. Пристрастный реквием»): «Если ты
не революционер в 20 лет, то у тебя нет сердца, если ты революционер в 40 — у
тебя нет головы» (погуглил, самый распространенный вариант: «Если ты не был
либералом в 20 лет, у тебя нет сердца, если ты не стал консерватором в 40 лет, у
тебя нет ума»).
Это правда. Именно поэтому так нелепо смотрятся наши сытые буржуа с их
аккуратными бородками, животиками, упакованными в добротные кашемировые пальто,
итальянские дубленки и престижные пуховики Monclaire на мероприятиях, где, по
логике вещей, должны задавать тон пьяные студенты да маргиналы в тертых джинсах
и рваных тельняшках. Как в Париже летом 1968 года. Как в Москве августовскими
ночами года номер 1991. Именно поэтому испытываешь чувство неловкости за
оттюнингованных в «Посольстве красоты» креаклов, созерцая скромные ТВ-репортажи,
запечатлевающие гламурные эвенты «креативного класса». И именно поэтому даже
воинственный Лимонов не вписывается в канонический образ уличного бунтаря. В
свои 70! А писатель он и вправду замечательный. Лучший из ныне живущих,
пожалуй.
Говоря об авторских интонациях, в которых исполнена «Лимониана», рецензенты
упоминали «винтажный аромат ретро», замечая, что, мол, «сейчас такое не носят».
Нет, не носят. А жаль
Евгений Додолев
