Эти трудные уроки труда
Труд сделал из обезьяны человека, сказал Фридрих Энгельс. Как выяснилось позже, это не есть неопровержимый научный факт.
А вот то, что уроки труда в общеобразовательных школах нужны безоговорочно, — как раз факт.
Часов не наблюдают не только счастливые
Быть хорошими хозяйкой и хозяином — это ой как нелегко. Во все времена. И учат этому с самого детства. И не только родители и бабушки-дедушки, а и немножко школа. Но, к сожалению, с каждым годом всё меньше и меньше.
Кто из нас не помнит из своего школьного детства замечательные уроки труда? Мальчики учились мастерить своими руками табуретки и скворечники, делали какие-то крючочки для дверей и прочие полезные в хозяйстве вещи. Девочки старательно изготовляли салаты (и не только), учились шить, вязать, вышивать. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже. В общем, всё как в жизни.
Что изменилось с тех пор? На самом деле многое. Ситуация с уроками трудового обучения действительно непростая. Где-то дети и в самом деле получают трудовые навыки, а где-то проводят время исключительно за конспектированием, осваивая теоретическую часть утвержденных типовых учебных планов.
Согласно Минобразования, школьной программой на трудовое обучение отведено в начальных классах по 2 учебных часа в неделю, в 5-6-х — по одному, в 7-8-х — по два, а в 9-м — снова по часу. В 10-11-х классах преподается такой предмет, как «технологии» (2 часа в неделю).
Многие родители могут возразить: ничего подобного, у ребёнка труд всего-навсего раз в две недели, чему за это время можно научить? Но в департаменте образования Харьковского горсовета объясняют: изменение количества учебных часов, отведённых на трудовое обучение, возможно, например, в гимназиях, лицеях, коллегиумах, — одним словом, везде, где идёт углублённое изучение отдельных дисциплин. Дело в том, что учебный план укладывается в определённое количество часов. Добавить часы, то есть держать учеников в школе дольше, нельзя. Это нарушение прав ребёнка. Чтобы дать больший объём знаний по отдельным предметам, ввести дополнительные уроки иностранного языка, спецкурсы, нужно где-то выкроить время. В тех же гимназиях рабочий учебный план делится на инвариантную часть — ту, которая едина для всех школ, её нельзя менять, и вариативную, которую изменять можно (30%.) Вносить изменения в рабочий учебный план разрешено тем же гимназиям, лицеям, но в объёме не более 15%. Чаще всего «под раздачу» попадают уроки ИЗО (в просторечии рисования), музыки и труда. Возможно, в будущем что-то изменится: с 2016 года вводятся новые стандарты школьного обучения, специалисты надеются на то, что в учебных планах появятся модули, например, естествознания (география, химия, физика), художественно-эстетические (музыка, ИЗО), гуманитарные и так далее. Тогда не будет необходимости сокращать часы, отведённые на трудовое обучение.
Наши руки не для скуки
Для того чтобы обучать детей каким-то, хотя бы самым простым навыкам, нужно обучать не на пальцах. Впрочем, как сказать… Помнится, в моей школе была замечательная мастерская — та самая, где делались скворечники и табуретки. Девочки же вязанию учились просто в обычном классе, тут мастерская не нужна. А вот шитьё мы тогда не освоили: не было в школе швейных машинок.
Сегодня с материальной базой для проведения уроков труда ситуация сложилась разная. Чтобы кратко: где-то эта база есть, а где-то — увы.
Причём когда мы говорим «материальная база есть», мы чаще всего подразумеваем, что она «осталась с советских времён». Кстати, всё работает, всё пригодно к использованию — ну вот разве что морально устарело…
Чтобы взглянуть, какие они сейчас, школьные мастерские, я наведалась в 55-й и 107-й лицеи.
Леонид Микитенко, учитель труда 55-го лицея, делится сокровенным:
— Дети на уроки труда бегут как на праздник! Если бы видели вы, как они здесь работают, с каким удовольствием занимаются в этой мастерской… По плану у нас в 5-м, 6-м и 9-м по одному часу в неделю, 7-8-х — два часа. А некоторые дети говорят: хотели бы, чтобы больше часов было.
Действительно, не всё, что делается на уроках труда, можно смастерить дома. Хотя бы те же станки взять. Кстати, в плане материальной базы я обнаружила, что, в принципе, различий в обоих лицеях почти что нет. И там, и там одни и те же станки для дерева и металла (1978 года выпуска), и одни и те же швейные машинки, глядя на которые сразу вспоминаешь свою бабушку и то, как она запрещала вертеть колёсико этой машинки… Да-да, та самая знаменитая Подольская фабрика.
Директор 107-го лицея Елена Ведяева говорит: есть одна новая машинка — для особо продвинутых швей. Одна из учениц лицея, Алёна Огурцова — в сборной Харьковской области по шитью. Елена Владимировна демонстрирует чудный ярко-красный детский костюмчик, украшенный кружевами и ленточками:
— Вот это Алёна наша выполнила задание на олимпиаде: за полтора часа изготовить одёжку, причем с обязательными элементами.
Изготовить одёжку — это значит самой придумать фасон, сделать выкройку, а затем уже пошить.
Ведяева рассказывает: каждый ребёнок к чему-то предрасположен. Кто-то в уме может сложные уравнения решать, а кто-то может из ничего, из куска дерева, сделать произведение искусства. И задача школы — открыть таланты ребёнка.
— А где материалы для уроков берёте? — спрашиваю я.
— Ткань для шитья свою берут, — объясняет Елена Владимировна. — А вот древесиной для поделок мы обеспечены надолго… Во время последнего урагана столько деревьев повалилось, что мы, когда спилили их, затарились с запасом.
Да и вообще, смеётся Ведяева, с трудом в этом лицее всё в порядке: ввиду биологического профиля есть теплицы, есть участки… Детям есть чем заняться и понять на своём опыте, что такое труд.
Мальчишки и девчонки. А также их родители
На уроках труда класс делят на группы. В городских школах, где в классах более 27 учеников, деление на группы обязательно. Приказу Минобразования Украины, которым предусмотрено это деление, уже почти 11 лет, речь в нём идёт именно об отдельном трудовом обучении мальчиков и девочек. Возможно, данный документ нуждается в пересмотре. Учитывая ситуацию с мастерскими (зачастую плачевную), во многих школах уроки труда для мальчиков превращаются в сплошную теорию, а родители как раз не возражали бы против того, чтобы сыновья научились готовить, штопать, пришивать пуговицы. С другой стороны, в школе, где талантливый учитель делает уроки труда интересными и увлекательными, и девочки не отказались бы от предназначенных мальчишкам заданий. Но пока деление на группы на основе гендерного равенства не предусмотрено. Хотя есть девочки, виртуозно вытачивающие детали из металла, и мальчики, вышивающие крестиком, — это скорее исключение из правил.
Уроки трудового обучения проводятся согласно стандартным учебным программам. При этом Министерство образования и науки рекомендует около… 100 вариантов различных модулей уроков труда. То есть педагог может выбирать для своих учеников модули — и обидно, когда он останавливается на тех занятиях, которые самим детям неинтересны.
Но повлиять на ситуацию могут и родители, хотя многие даже и не подозревают об этом. Мамы и папы, озабоченные тем, чтобы их ребёнок не тратил время зря, чтобы труд не превращался в ненужный и обременительный предмет, имеют полное право поставить перед руководством школы вопрос о выборе. Логично, если такой разговор произойдет к концу учебного года, причём родителям должны предоставить перечень тех модулей, которые могут быть воплощены в конкретной школе при её материальной базе и возможностях учителя труда. Со списком стоит ознакомиться самим ученикам, отметить то, что им больше нравится, — и окончательный выбор сделать вместе с родителями.
А возможности большие: в списке рекомендуемых модулей для 10—11-х классов есть, например, технологии хлебопечения и кондитерского производства, художественная резьба по дереву, основы лесного хозяйства, садоводства, дизайн предметов интерьера, объёмное компьютерное моделирование, гончарное дело, ручное ткачество и многое другое. Полезными и интересными могут стать уроки, на которых ученики 7—9-х классов учатся выращивать лекарственные травы и ухаживать за ними (этим, кстати, уже занимаются в крымских школах). Да и на пришкольных участках в городах место для грядки с травами можно найти. Модуль «технология электротехнических работ» для 7—9-х классов не требует сложного оборудования, зато даёт знания об основах безопасности при пользовании бытовой техникой и электроприборами, об устранении простых неисправностей. И разве помешают девочке навыки заготовки продуктов и консервирования? А этому тоже можно научиться на уроках труда. В конце концов, можно остановиться на самых простых навыках ручного труда, необходимых в быту.
* * *
Подытоживая, можно сказать одно: убирая или сокращая уроки труда в школьной программе, мы лишаем детей не только радости, которую они испытывают, делая что-то своими руками. Мы зачастую способствуем тому, чтобы и дальше продолжался перекос в профориентации наших детей, за которым следует перекос на рынке профессий.
Если ребёнок не видел своими глазами токарный станок, если он не держал в руках деталь, сделанную им лично, — как он может понять, что такое токарь и нравится ли ему эта профессия? А дети младшего и среднего школьного возраста не любят мыслить абстракциями. Им нравится материальное и ощутимое. Они познают мир вещественный, потом уже переходя к абстракциям.
Если же мы будем загружать сознание школьника только умозрительностями — он по окончании школы будет вместе с такими же штурмовать «престижные» вузы, чтобы потом, увы, пополнить ряды ищущих работу юристов, экономистов и всяческих менеджеров. И это при том, что везде мы можем видеть объявления: требуются токари, слесари, водители, крановщики… Люди рабочих профессий.
Если ваш ребёнок не в ладах с английским и информатикой, но зато может многое сделать своими руками — не спешите бить в набат, нанимать дорогих репетиторов и рассказывать сыну или дочери, что ему/ей, если будет так учиться, после школы — прямая дорога на завод. В конце концов, чем плох завод? Чем ужасна пекарня? Ткацкая или швейная фабрика? Парикмахерская?
И попробуйте себе представить мир, где будут только юристы, экономисты и менеджеры…
