О Валере Махове
Когда же это было?.. Году, наверное, в восемьдесят девятом… В Харьков с устным выпуском программы приехали популярнейшие тогда ведущие телепрограммы «Взгляд» Листьев и Любимов. Гастроли устраивала едва родившаяся тогда организация – Дирекция культурно-просветительских программ Харьковского обкома комсомола (ДКПП). В качестве корреспондента «Ленинськой змины» я был отряжен на встречу, и написал по итогам довольно нелестную заметку, поскольку организация мероприятии оставляла желать лучшего. На следующий день меня вежливо, но настойчиво попросили зайти к заместителю директора ДКПП – Валерию Вениаминовичу Махову – большому, грозному, украиноусому. Так началось наше знакомство, перешедшее в многолетнюю дружбу.
Журналистов никто не любит, но с ними предпочитают дружить. Валера был всегда человеком дипломатичным и изобретательным. Скрывая свое недовольство, он предложил дальнейшее сотрудничество, исходя их того, что, дескать, впереди у Дирекции еще много интересных мероприятий, а моё информационное сопровождение им необходимо ну просто позарез. Я легко согласился. Вошел в тему настолько, что даже стал штатным сотрудником ДКПП, и сей факт запечатлен в моей трудовой книжке. Помог им отстоять старинное здание по улице Клочковской, кажется, дом 16, где они располагались и которое тогдашние власти едва не снесли. Тогда журналист еще мог защитить архитектуру.
Помню, после выхода статьи, а дело было жарким летом, Махов устроил один из первых своих сюрпризов. Я зашел на Клочковскую, узнать о произведенном моей статьей впечатлении. «Пить хочешь?», — с деланным равнодушием спросил Валера, увидев меня изнуренного и обливающегося потом. Не дожидаясь ответа, нажал кнопку – и в комнате мгновенно появился настоящий китайчонок (ей-Богу!) с подносом, полностью заставленным бутылками с ледяным пивом. Я чуть в обморок не упал от неожиданности.
Страсть к эффектам была у Валеры в крови. То он приобретал одну из первых иномарок в нашем городе – еще с правым рулем, то возводил один из первых коттеджей.
…Мы ехали по окружной.
- Вот здесь дом интересный построили, — говорю я.
- Да ты что? – искренне удивляется Валера. – А ну давай заедем, посмотрим.
- Неудобно как-то…
- А мы все же попробуем прорваться! – запальчиво говорит он.- Посмотрим, кто это такой умный!
После недолгих пререканий, подъезжаем к дому, и обнаруживается, что это дом самого Махова – строители приветствуют хозяина… Валера улыбается в усы — доволен и розыгрышем, и нашим изумлением.
Он был ярок, как оперение павлина, он не мог отсиживаться в тени. Его энергия требовала воплощения – он писал стихи (весьма неплохие), занимался бизнесом (и не раз за то пострадал), обожал женщин, дружил со знаменитостями… В памяти громогласие его рассказов, густой смех, и - в такт — перезвон наградных бирюлек на его пиджаке…
- Котя, а почему у тебя нет медали? — как-то спросил Валера, который сам к наградам испытывал неодолимое влечение, и украшался ими, словно ребенок.
- Да ну, суета все это…
- Нет, мы наградим тебя «Серебряным Георгием»! – взревел Валера.- Ты достоин! Тебе это надо!
Он хотел и любил нравиться и делал для этого чертовски много. Громогласный, шумный, он ушел от нас тихо и незаметно, какой-то пустяковый порез и – неизлечимая болезнь…
Боже, от чего зависит жизнь человека!
