Генерал Мельниченко: «Когда поступает сообщение о заложенной взрывчатке, я никогда не знаю, настоящая это угроза или мнимая»

29 июня в Управление МВД Украины на Южной железной дороге в 16.00 поступило сообщение о заминировании станции «Харьков-Пассажирский».

Со станции и прилегающей к ней территории было эвакуировано более 800 человек — пассажиры и персонал железной дороги. Работа вокзала была парализована более чем на два часа. Правда, задержек в графике движения поездов не было. После тщательной проверки взрывных устройств и взрывчатых веществ не нашли.

В тот же день «при проведении оперативно-розыскных мероприятий сотрудники транспортной милиции совместно с сотрудниками СБУ установили личность подозреваемого в предоставлении ложного сообщения о заминировании». Анонимом оказался 19-летний харьковчанин, который сейчас находится на стационарном лечении в одном из специальных медицинских учреждений. Кстати, по статистике, почти треть «телефонных террористов» относится к числу психически нездоровых.

Правоохранители находят почти 90 проц. «шутников». По магнитофонной записи с помощью специальной аппаратуры эксперты могут составить их достаточно подробный портрет. При этом не только определить пол и возраст, но и национальность, психологическое состояние, степень алкогольного опьянения. По манере говорить, стилистике речи, лексикону распознается социальная группа, к которой принадлежит звонивший, место его рождения, регион возможного проживания и многое другое. (Причем изменять голос бесполезно). Анализируя шумы, сопровождающие телефонный звонок, специалисты в состоянии определить место, откуда поступила информация.

К сожалению, количество ложных сообщений о минировании растет. В 2011 году в органах внутренних дел Украины таких было зарегистрировано 235, в 2012 году — 263, а в 2013-м — уже более 130 сообщений. Год назад нардепы ужесточили наказание за «заведомо ложное сообщение об угрозе безопасности граждан». Сегодня за такую «шалость» предусмотрено лишение свободы от двух до шести лет. Кроме того, суд может взыскать нанесенный государству ущерб. (Каждый ложный вызов обходится, как минимум, в 10 тысяч гривен). В России наказание за ложную тревогу помягче — как правило, штраф или исправительные работы. Максимум, который может назначить российский суд, – до трех лет лишения свободы. В Беларуси телефонных террористов могут оставить за решеткой на срок до пяти лет. А скажем, китайские «шутники» могут отправиться за решетку на срок до 15 лет.

В Украине за пять месяцев 2013 года в суд уже направлено 20 уголовных производств категории «телефонного терроризма». В частности, месяц назад вступил в силу приговор Ленинского районного суда города Харькова в отношении злоумышленника, который 19 декабря прошлого года сообщил, что в помещении Южного вокзала в Харькове заложено 8 килограммов взрывчатки. За информацию о местонахождении бомбы злоумышленник требовал $100 тысяч. Сотрудники СБУ совместно с органами милиции быстро установили личность звонившего. Им оказался 28-летний, ранее судимый житель Харьковской области, которому теперь предстоит «отсидеть» 5 лет и 5 месяцев, а также возместить расходы на проведение фоноскопической экспертизы (почти 3 тысячи гривен) и компенсировать ЮЖД более 10 тысяч убытков. Дважды — 11 января 2011 года и 22 мая 2013 года — были сообщения о взрывчатке, заложенной в здании Верховной Рады. В первом случае «минером» оказался 61-летний житель одного из поселков Коростенского района Житомирской области. Во втором — пьяный 33-летний житель Ривненской области. Во время Евро-2012 один из украинских болельщиков, расстроенный результатом матча Украина — Англия, обещал взорвать спорткомплекс «Олимпийский».

— Когда я еду по тревоге после сообщения об угрозе взрыва, никогда не знаю, мнимая это угроза или настоящая, — говорит начальник Управления МВД Украины на Южной железной дороге генерал Андрей Мельниченко. – Конечно, в какой-то мере опыт подсказывает, что это очередная «шутка». Но всегда остается пусть даже один процент на тревогу. За три с небольшим года, что я возглавляю Управление, было около двух десятков «минирований». Все ложные. Однако терроризм уже рядом с Украиной, и мы никуда от него не денемся. Потому каждый раз спецоперации проводятся по полной программе. И в них участвуют, в частности, поднятые по тревоге почти все сотрудники нашего управления…

Генерал Мельниченко считает, что ужесточение наказаний за «телефонный терроризм» мало поможет делу. Значительно эффективнее воспитывать детей уже в детских садах и школах. А еще в нашей транспортной милиции собираются призвать на помощь церковь для решения этой проблемы.