Роман Пятковка боится шокировать харьковскую публику
Проект «Советское фото» принес харьковскому фотохудожнику Роману Пятковке победу на мировом конкурсе.Харьковчанин Роман Пятковка стал победителем Sony World Photography Awards — одного из авторитетнейших мировых фотоконкурсов, который проходил в Лондоне.
– Подготовка к нему длилась два месяца, – вспоминает фотохудожник. – У меня даже был имиджмейкер, который обсуждал со мной дресс-код: ширину галстука, длину носков. Честно говоря, я был недоволен: для участия в конкурсе пришлось специально покупать одежду. Один из участников – датчанин – приехал во фраке и шортах, и ничего страшного в этом не было.
– Я участвовал в трех номинациях, выиграл в номинации профессиональной категории «Концептуальная фотография», – рассказывает Роман Пятковка. – Победу принесла серия фоторабот «Советское фото». Вероятно, члены жюри увидели новое, непривычное для них, и очень социально активное изображение. Кроме того, сейчас в Европе и США возникла новая волна интереса к советскому. Ушло поколение холодной войны, на смену пришло постсоветское и «постхолодное» поколение, и в арт-пространстве этих стран стали очень серьезно и с большим любопытством изучать все советское, архивное.
ФОТОГРАФ ЭКСПЛУАТИРУЕТ СОВЕТСКИЕ ЖУРНАЛЫ
В основе победившей на конкурсе серии – обложки и страницы журнала «Советское фото» – единственного фотоиздания в СССР.
– Я часто работаю с историческими материалами и пытаюсь выяснить взаимоотношения культурных, исторических аспектов. Отсканировал страницы журнала с 1960-х по 1980-е годы, – делится фотохудожник. – Там были хорошие картинки, но в целом пропагандистские и крайне цензурированные. На обнаженное тело мы не могли ни смотреть, ни показывать и, не дай бог, его снимать, хотя мы это делали. В то время я в глубине души хотел, чтобы мои работы поместили в журнал. Понятно, что меня не напечатали бы, потому что я снимал не то, что нужно журналу. Андеграундная фотография была подпольной, диссидентской, с нейтральной обнаженной натурой, которая сейчас называется «ню», но в советские времена из-за нее могли быть неприятности – обвинили бы в порнографии. Поэтому теперь я сам поместил свои работы в этот журнал. Хотел соотнести официальную фотографию с анграундной – конечно, не без иронии и самоиздевки. И третье – я использовал технический прием, который изобрел еще в 1960-х годах известный фотохудожник Борис Михайлов. Он создавал экспозицию, складывая два позитива. Я полностью повторил эту «бутербродную» систему, отдавая должное моему учителю и, возможно, воскрешая старую технологию.
ХУДОЖНИК ХОЧЕТ УСТРОИТЬ ВЫСТАВКУ В СУПЕРМАРКЕТЕ
«Советское фото» уже видели в Бюдельсдорфе, Братиславе, Москве, Днепропетровске. Роман Пятковка не против показать проект и в Харькове, хотя окончательно еще не определился. Возможно, он решится вывесить работы в оригинальных пространствах – например, в каком-нибудь супермаркете или в старом здании Благовещенского рынка. Кроме того, художника волнует возможная негативная реакция харьковской публики.
– Раздражать и шокировать зрителя у меня нет никакого желания, – признается Роман Пятковка. – Я понимаю, что у меня есть вещи, которые будут раздражать людей, меня будут порицать.
Скорее всего, фотохудожник прав. Натуру «без штанов» он совместил с советскими фотографиями, которые дороги старшему поколению. На снимках – герои войны, простые трудяги Страны Советов.
ПЬЯНАЯ СОСЕДКА ПЫТАЛАСЬ СОБЛЮСТИ НРАВСТВЕННОСТЬ В КОММУНАЛКЕ
– Харьковчане моего поколения помнят, как в фотоателье из черно-белых снимков делали цветную «красоту» – вручную расписывали прозрачными красками. «Коммунальная квартира» снималась в конце 1990-х в большой квартире на ул. Сумской. Коммуналка уникальная: на кухне до сих пор стоит плита с бронзовыми краниками. На фото – харьковские персонажи. Они очень известны, но называть их не буду. Я снимал в кухне обнаженного хозяина квартиры, который нежно обнимает свою подругу, – вспоминает Пятковка. – И вдруг в кухню вошла не очень трезвая соседка – дама лет пятидесяти: «Вы тут порнуху что ли снимаете? Я сейчас милицию позову». А когда узнала, что у нас есть коньяк, предложила: «А может, я тоже разденусь?». Сожалею, что тогда растерялся и не воспользовался этим случаем – мне всегда не хватало журналистской смелости.
