Сценарий раскола и его преодоления

Дмитрий СЛАВСКИЙ

Раскол Украины вновь оказался в «повестке дня» и действительно, вероятность того, что «после тяжелых, продолжительных боев наши войска оставили город Киев» остается достаточно большой.

Что дальше? Можно ожидать от регионалов и Януковича (хоть ожидать можно действительно всего), что им хватит понимания того, что «милости победителей» ждать не стоит. Значит, сценарий Северодонецка-2004 реализуется сейчас, благо ныне именно они являются легитимной властью. Донецк или Харьков объявляется временной столицей, контролируемые регионалами облсоветы сохраняют верность законному президенту. Раздел может сопровождаться эксцессами, возможны некоторые колебания возникших границ, но примем за «вводную», что «развод» произошел без жертв и по линии традиционного раздела между Юго-Востоком (Донецкая, Луганская, Харьковская, Запорожская, Днепропетровская, Николаевская, Херсонская, Одесская области и АР Крым) и прочей Украиной.

Естественно, начинается международная активность, формирование групп посредников с участием заинтересованных сторон, обычная «бодяга», при которой время идет, а каждая из частей расколовшейся страны начинает жить своей жизнью. Весьма вероятно, «дабы не усугублять ситуацию» экстренным введением собственных валют, при международном посредничестве удастся договорится о совместном управлении Нацбанком, как эмиссионным центром и валютным регулятором, но денежки-то у двух правительств, «Западного» и «Восточного», будут врозь.

 (правда, относятся они к 2008 году, но глобальных изменений пропорций за это время не произошло).  Итак, при численности населения, составляющей 47,34% населения Украины и примерно равной суммарному населению Центра и Запада (46,61%, без Киева, но с Киевской обл.), Юго-Восток производит 49,41% всеукраинского ВВП против 30,21% у двух регионов. Особенно «пасущими задних» выглядят западные области (вошедшие в состав Украины в 1939 году), при 20,28% населения Украины дающие лишь 12,7% ВВП.

Киев же дает 17,51% ВВП при 5,96% от населения Украины. Впрочем, такой феномен присущ не только Украине и объясняется, естественно, не особыми талантами столичных обитателей, а исключительно спецификой постсоветской экономики, завернувшей в столицу основные финансовые потоки всей страны.

Впрочем, объем регионального ВВП, определяемого как рыночная стоимость всех товаров и услуг, произведенных во всех отраслях экономики, нельзя считать наиболее объективным критерием вклада региона в общенациональную экономику. Если финансовые ресурсы из регионов-доноров путем административного регулирования перебрасываются в депрессивные, то они и создают там весомую часть производимого ВВП.

На эти средства строятся дороги, больницы, школы, подрядчики закупают стройматериалы, работники задействованных в освоении средств предприятий тратят зарплату в местных магазинах (так же, как и получающие за счет центральных субвенций зарплаты и пенсии бюджетники и пенсионеры), делая им выручку и покупая товары местных же производителей.

То же самое относится и к процветающей столице. Деньги делают деньги и привлекают новые деньги! Приходящие из регионов средства «обналичиваются» через официальные и «не очень» доходы огромной армии политиков и чиновников, которые затем их реализуют в киевских магазинах, салонах, новостройках (а есть спрос на недвижимость — появляется и предложение, то есть дополнительные инвестиции извне), и все это — дополнительные рабочие места, налоги в местный бюджет.

Но, повторимся — процветание столицы возможно лишь до тех пор, пока через нее проходят финансовые потоки, создаваемые в провинции. Функция управления, безусловно, важна и необходима, но «платежеспособный спрос» на нее есть только тогда, когда есть кем и чем (финансами) управлять.

Более показательным критерием выглядит объем экспорта товаров и услуг из каждого региона. Ни одно государство не может существовать в условиях полной автаркии, производить все необходимые для достойного существования промышленные товары, и тем более — ни одно государство не располагает всем «ассортиментом» природных ресурсов. А как говорил кот Матроскин: «Чтобы что-нибудь купить, нужно что-нибудь продать!». Именно экспорт — локомотив экономики любого государства — обеспечивает его существование.

Экспортируемые товары и услуги являются конкурентоспособными, поскольку нашли своего потребителя, готового платить за них на мировом рынке.

Вновь привлекает внимание «выдающаяся» роль Киева, особенно в экспорте услуг, и вновь приходится констатировать, что такой успех обусловлен лишь столичным статусом. Характерно, что экспорт товаров из Киева составил $7861,3 млн., что при среднем курсе за рассматриваемый период около пяти гривен составляет порядка 39306 млн. грн., а весь объем реализованной киевскими предприятиями продукции за соответствующий период составил 24 454 млн. грн..

Еще более показательным является то, что, (половина реальной добычи которых приходится на Юго-Восток).

С учетом «киевского фактора» Юго-Восток обеспечивает не менее 3/4 экспортных поступлений Украины. Лишь 11,12% выручки от экспорта товаров и 2,98% от экспорта услуг обеспечивает Центральный регион (из них около трети одна область — Полтавская) и совсем уж лептой вдовицы выглядит вклад Запада –при 20,28% населения страны — 6,24% экспорта товаров и 2,83% экспорта услуг. 

Удивительного в это ничего нет. Главная «локомотивная» отрасль Украины – черная и цветная металлургия, от добычи руды до готовой продукции – это Юго-Восток. Химпром, кроме стоящего «Ривнеазота» — Юго-Восток. Экспортоориентированое машиностроение – 70-80% Юго-Восток. Экспортные сельхозкультуры – пшеница, кукуруза, масленичные – также в большей мере Юго-Восток. Порты – и это Юго-Восток. Даже курортный потенциал в большей степени Юго-Восток – Крым и прочее побережье. И основные импортные потоки, а это таможенные поступления, также идут через Юго-Восток – из России, включая нефть и газ и товары из Юго-Восточной Азии, через черноморские порты и из Турции через Одесскую область. Западу «останется» лишь товаропоток из Западной Европы.

И теперь смотрим, что произойдет при «раздельном проживании». Межбюджетные трансферты замкнутся в пределах Юго-Востока, что позволит поддерживать жизненный уровень на привычном, пусть и не очень высоком уровне, компенсировав издержки политического кризиса, а может и пойти на повышение зарплат бюджетников, социальных выплат, всяких инвестиционных и инфраструктурных программ (а это сохранение рабочих мест и открытие новых). Очевидно, поможет и Россия – через новую цену на газ, увеличение закупок продукции предприятий Юго-Востока и т.п.

А вот Западу, соответственно, придется туго. К сложностям, вызванным политическим кризисом (колебания курса, снижение деловой активности) прибавятся и прямые потери от прекращения трансфертов из центра – а это остановка бюджетных программ, рост задолженности бюджетных организаций перед поставщиками и субподрядчиками, а затем задержки зарплат и социальных выплат, т.е. падение платежеспособности населения, что, в свою очередь, будет «стимулировать» дальнейший спад. В общем, спираль кризиса в чистом виде.

Поможет ли заграница? Исходя из размеров бюджета Украины в 50 млрд. долл., цена вопроса – как минимум 1-1,5 млрд. долл. в месяц., т.е. примерно 12-15 млрд. в год. Сумма весьма немалая (ведь и программа МВФ в 15 млрд. рассчитана на три года) и проблема в том, что это деньги «на проедание» и давать их нужно очень долго – поэтому крайне маловероятно. К тому же в этом случае и Россия начнет помогать «восточным» (можно допустить соглашение о моратории на внешние заимствования обеими сторонами до разрешения кризиса), а «Европа» уже заявила, что устраивать аукцион с Россией за Украину не собирается.

Не получится у «западных» и сыграть на газовой трубе. Северный поток и его сухопутное ответвление в Чехию «ОПАЛ» полностью дублируют северное плечо украинской ГТС! А вот за газ для собственного потребления Россия будет требовать с «западных» в полном соответствии с «Юлиным» контрактом, может даже без «севастопольской» скидки – к ней-то «западные» никакого отношения не имеют.

Вроде бы в плюс «западным» можно поставить то, что под их контролем останутся центральные органы управления, а «восточным» их придется создавать почти с нуля, но это «плюс» только на первый взгляд. В реальности, в условиях кризиса «восточным» нужно только два ведомства Минфин и Минсдох, дабы собирать и перераспределять налоги. В прочих можно обойтись компактными группами оперативного управления, передав основные полномочия в регионы. А вот для «западных» разраставшийся 20 лет в соответствии с законом Паркинсона центральный аппарат станет серьезной дополнительной финансовой обузой. Добавим и сеть зарубежных посольств, ведь в их политической ориентации сомневаться не приходится.

Можно не сомневаться, что через несколько месяцев «такой жизни» (главное, что требуется от «восточного» правительства в этой ситуации – тянуть время на переговорах) жители Центра Украины (которые ментально все-таки ближе к Востоку, чем к Западу, особенно в «пограничных» областях) поймут, что по дороге в Европу кормить никто не собирается и зададутся вопросом; «Ё-мое, что-же я сделал?!»  Тут-то и следует переходить в наступление.

Речь не идет об антиоранжевом «майдане» в пропитанном «свидомизмом» Киеве — хотя от потери финансовых потоков с Юго-Востока столица и её обитатели пострадают сильнее всех и всякие «варианты» не исключены. Просто в один прекрасный момент жители некий приграничный район Полтавской или Сумской области на сессии райсовета или народном сходе примет решение перейти под юрисдикцию «восточного» правительства.

Держать под силовым контролем весь периметр границы между двумя Украинами у «западных» сил не хватит (да и можно представить реакцию полтавчан на галицийских боевиков) — дальше процесс пойдет лавинообразно с остановкой на Збруче. Последним аккордом станет «капитуляция» окруженного Киева. После это можно договариваться с Галицией о цивилизованном разводе (с другими западными областями – по ситуации) – а международному сообществу ничего не останется, как принять свершившийся факт.

Вот такой, представляющийся мне весьма вероятным, сценарий. Нет, есть, конечно, и иные сценарии, в том числе сценарий очередной полной капитуляции Юго-Востока, как это было в 2004-м. Однако, как мне кажется, этот сценарий несет гораздо больше рисков не только для целостности Украины, но и для мирного разрешения конфликта между двумя Украинами.

http://ukrpravda.ua/