Тоталитаризм демократизма
В последние годы «2000» основательно и последовательно вскрывали несостоятельность информационной политики государства. Плюрализм мнений вплоть до противоположных не только внутри властной команды, но и в головах отдельно взятых ее представителей вызывает справедливое недоумение.
Эти изъяны не сказывались в ситуации относительной стабильности, но в полной мере обнаружились при максимальной концентрации информационных атак. Что называется, вылезли боком.
И оказалось, что украинская власть в написании информационной картины участвует весьма ограниченно. Многие СМИ, в т. ч. считавшиеся лояльными к ней, фактически стали рупорами «революции», содействующими беспорядкам. Что говорить об олигархических СМИ, если даже государственный телеканал УТ-1 в день, когда толпа штурмовала АП, не заметил признаков силового захвата власти, безучастно ретранслировав шокирующие кадры и никак их не прокомментировав.
В это смутное время можно наблюдать полный спектр современных информационных манипуляций в рафинированном виде, будто в лаборатории. На соответствующих примерах можно составить хрестоматию. Впрочем, не новую.
Информационная часть т. н. цветных революций детально разработана. Постепенно и планомерно через разветвленную сеть информресурсов создается непривлекательный и отталкивающий образ действующей власти, в массовое сознание внедряется утверждение о ее преступности, готовится почва для благосклонного отношения общественности к разрешению конфликта (искусственно раздутого) вне правового поля и под диктовку «демократических сил».
Материал для этого дает сама власть. Одновременно его обильно фабрикуют при попустительстве власти или отсутствии у нее рычагов противодействия распространению неправдивых и тенденциозных сведений.
Скажем, в Уголовном кодексе Беларуси есть ст. 3691, устанавливающая ответственность за «предоставление иностранному государству, иностранной или международной организации заведомо ложных сведений о политическом, экономическом, социальном, военном или международном положении Республики Беларусь, правовом положении граждан… дискредитирующих Республику Беларусь или ее органы власти».
Но то Беларусь — с подачи западных хранителей ларца с ярлыками, определяющих, кого называть демократами, а кого диктаторами, ее считают авторитарным государством. Ее опыт показывает, что государству нельзя быть самостоятельным, не будучи авторитарным, по классификации западных оценщиков.
Наши западники, в силу идеологической конъюнктуры именующиеся демократами, чуть что не по их, кричат о наступлении «белорусского авторитаризма»: «Это что уже, Беларусь?!» И гневно бросают нелепые реплики — вроде совета Януковичу поменять фамилию на Лукашенко. (Сами они, интересно, не хотели бы стать Фюле или там Пурбе-Лундин? Пурбе-Лундин Арсений Петрович — звучит?) Предмет их кошмаров — оказаться в условиях белорусского отношения к свободе лжи, а не украинского, когдараспространение в тесном взаимодействии с иностранными структурами заведомо ложных сведений о ситуации в стране и правовом положении граждан фактически ненаказуемо
Их стиль, выражаясь по-народному, «хто кого перебреше». При этом (какая чудовищная наглость!), судя по отчетам и заявлениям западных или прозападных отечественных структур, со свободой слова в Украине происходит примерно то же, что когда-то произошло с мамонтами.
Вот характерные названия сообщений на этот счет: «Україна опустилась в рейтингу свободи слова — «Репортери без кордонів» (январь 2013), «За півроку перешкоджати ЗМI стали втричі більше» (сентябрь 2013), «Октябрь стал рекордным месяцем по нарушениям свободы слова в Украине в 2013 году — исследование».
Начетчики из Института массовой информации дошли до того, что стали причислять к нарушениям свободы слова судебные иски против журналистов, не вникая в их суть и не дожидаясь решений. Вот подали во втором полугодии 2012-го 43 иска — следовательно, столько же раз воспрепятствовали СМИ.
Смотря на оргию лжи и лицемерия, развернувшуюся в связи с нынешними социальными волнениями «цепными псами демократии», которые радуются совершающимся правонарушениям, как дети игрушкам, понимаешь, что сравнивать их с проститутками — значит глубоко оскорблять проституток.
Можно признать, что в Украине со свободой слова действительно обстоит неважно, в том смысле, что со свободой лжи — замечательно, а со свободой правды — плохо. Свобода слова подавляется, но не так, как это изображают, а по причине тоталитаризма «демократических сил».
Один авторитетный украинский писатель договорился до того, что не проявлять социальную активность в деле евроинтеграции преступно. Того и гляди эти «демократы» начнут линчевать тех, кто непочтительно отзывается о «европейских ценностях».
Что же касается власти, трудно быть убедительным и понятым, когда играешь двойную, тройную и более игру, а научное понимание проблем подменяется идеологическим и политическим.
Здесь уместно привести слова Александра Зиновьева из статьи «Чем они там думают», написанные будто о нашей ситуации: «Имеют место следующие тенденции во взаимоотношениях власти и ее интеллектуального потенциала. Во-первых, второй все более приспосабливается к требованиям власти. Во-вторых, степень его участия в выработке решений власти относительно сокращается. Так что нет ничего удивительного в том, что большинство решений власти принимается при отсутствии научного понимания управляемого объединения». И далее: «Науку правители принимают лишь постольку, поскольку она им служит, причем в идеологически препарированном виде».
Упомянем еще состояние самой науки, в которой значительную, если не большую часть составляет наукообразие, сформировавшееся на почве протекционизма, взяточничества, имитации, очковтирательства и т. п. Обратись вдруг правители к науке за объективными данными, не факт, что, при всей армии советников и помощников, тотчас получили бы их.
В итоге граждане совершенно дезориентированы и, к примеру, пафосно настаивают на своем достоинстве, одновременно демонстрируя одностороннюю симпатию к ЕС и напрашиваясь приживалами. Разыгрываются абсурдные сцены, такие как противостояние на площадях украинских городов проевропейцев, одни из которых воинствующие, а другие — умеренные.
Сейчас ситуативно власти выгодно доносить до общественности правду о настоящем положении страны и социально-экономических прогнозах в связи с реализацией интеграционных проектов. Но оказалось, что это не так просто, и одной предрасположенности к тому, возникшей под давлением обстоятельств, мало.
Государственные чиновники, начиная с президента и премьера, сегодня говорят много правильных вещей, но это не имеет должного эффекта. Часть общества, собственно, ни в чем убеждать не надо. В отношении же другой — воинствующей — увещевания и резонерство чиновников подобны тому, как если бы пациенту, с которым случился припадок, стали объяснять диагноз и расписывать лечение. Эти средства еще могли бы конструктивно воздействовать несколько месяцев назад, но тогда все самозабвенно занимались решением «вопроса Тимошенко» как якобы главного препятствия евроассоциации.
Что ныне протестующим падение промышленного производства и остановка предприятий? Пустой звук. По крайней мере, пока они не ощутили его на собственной шкуре. К той части населения, которая может пострадать в первую очередь, они, похоже, не испытывают никаких теплых чувств — и это мягко сказано. Естественно, что такое отношение находит встречную неприязнь.
Навязанная Украине за многие годы идеологическая конъюнктура, в силу которой государственные деятели находятся в прокрустовом ложе проевропейской риторики и гипертрофированного культа прав и свобод, все же не оправдывает невнятности и несогласованности в реализации информационной политики. Как она реализуется, можно видеть на простом примере.
В связи с неудачной попыткой расчистить ночью 11.12.2013 г. центр Киева от баррикад министр внутренних дел В. Захарченко заявил, что это происходило во исполнение судебного решения. А посол Украины в Польше, вызванный для объяснений в связи с событиями в польский МИД, о судебном решении — довольно весомом с точки зрения норм демократии обстоятельстве — как будто не знал.
Получается, что благодаря современным средствам коммуникации протестующие могут моментально связываться и концентрировать усилия, чтобы противодействовать законным требованиям власти. А представители власти не способны даже на согласованные заявления и комментарии
Хотя, в общем-то, исходя из теоретических представлений о суверенитете, посол должен был сказать примерно следующее: «Это внутренний конфликт нашего государства. Будем разбираться, кто и какую ошибку допустил, если допустил». Но, как говорится, отдел фантастики находится этажом выше.
