Свидетели городских легенд
Минувшим летом в нашей газете неоднократно публиковались объявления Неформального общества друзей Зинаиды Серебряковой о проведении благотворительных экскурсий по Харькову — для тех, кто хочет знать о прошлом своего города больше, чем написано в путеводителях и исторических справочниках.
Проводил походы по городу председатель cовета общества, известный харьковский краевед Михаил Красиков. Вместе с экскурсантами автор этих строк побывала в путешествии по улице Чернышевской и скверу Победы.
Дом с историей
Как известно, название улицы Чернышевской не имеет отношения к автору романа «Что делать?» — она названа по фамилии харьковского архитектора С. Г. Чернышова, дом которого стоял в начале улицы. Степан Георгиевич окончил Прибавочные классы Харьковского коллегиума, являлся учеником
П. А. Ярославского, работал в первой трети XIX века, был губернским архитектором. Авторству Чернышова принадлежат здание торговых помещений и складов купчихи Горяиновой (1824 г.), известное харьковчанам как бывший ресторан «Старе місто», а также торговый дом купца Тамбовцева (1824 г.), что на ул. Квитки-Основьяненко (№№11 и 12). Есть сведения, что он был автором проекта Больничной управы с пожарной вышкой по ул. Екатеринославской (ныне Полтавский шлях), участвовал в строительстве больничного ансамбля бывшей усадьбы губернатора Сабурова и нескольких других зданий, до сих пор придающих старым уголкам Харькова колорит губернского города начала XIX века. Правда, дом, в котором жил сам архитектор, не сохранился. Зато практически в первозданном виде на правой стороне улицы стоит простой двухэтажный кирпичный дом №6, в котором с 1878 г. жила Мария Дмитриевна Раевская-Иванова (1840—1912) — первая в России женщина, получившая диплом Академии художеств.
— Училась Мария Иванова в Европе, — рассказывает Михаил Красиков. — По возвращении сдала экзамены и стала профессиональной художницей, открыв в 1869 году в Харькове первую в Украине и третью в Российской империи школу рисования и живописи, которая работала около 30 лет, а затем была передана городу и стала Художественным училищем. Именно из этого заведения выросла нынешняя Харьковская государственная академия дизайна и искусств. В Харьковском художественном музее есть несколько работ Раевской-Ивановой. Однако она больше прославилась как педагог. В ее школе учились Сергей Васильковский, Петр Кончаловский, Михаил Ткаченко, Петр Левченко, Сергей Уваров, Алексей Бекетов (последний потом и преподавал здесь).
После смерти она была похоронена в селе Гавриловка Барвенковского района на Харьковщине.
Супруг Марии Дмитриевны, Сергей Александрович Раевский, будучи дворянского происхождения, активно работал в Обществе по распространению в народе грамотности, создал первую в городе мужскую воскресную школу. Он инициировал открытие в Харькове художественно-промышленного музея, а также Народного дома (который стоял на месте нынешнего ДК ХЭМЗ). В свое время там пел Шаляпин, бывали такие корифеи театра, как Константин Станиславский (его брат вел здесь театральный кружок), братья Тобилевичи, Марко Кропивницкий, Мария Заньковецкая, руководил украинским народным театром Гнат Хоткевич. В 1906—1908 годах Раевский был попечителем Харьковского учебного округа. Его избирали и в городскую думу. Последнее избрание произошло, когда Харьков занимали деникинцы. С приходом красных это едва не стоило Раевскому жизни: его арестовали, судили и только заступничество харьковчан спасло от сурового приговора человека, всю жизнь трудившегося на ниве народного просвещения. Конечно, дом у него отобрали, оставив крохотную комнатку на втором этаже. Сергей Раевский умер в 96-летнем возрасте, намного пережив жену и единственного сына, профессора Петроградского технологического института, известного конструктора паровозов, погибшего в 1924 году.
Увы, на здании, где жила эта замечательная семья, так много сделавшая для мира искусства и образования, до сих пор нет мемориальной доски, что не может не вызывать недоумения.
«Пишу вашей правой рукой»
А вот на доме №9, где сейчас находится Институт дерматологии и венерологии НАМН Украины, мемориальная доска имеется. Ее установили два года назад в честь известного хирурга Юрия Вороного, который в 1933 г. первым в мире успешно провел в этом здании пересадку почки молодой пациентке от умершего донора.
— В тридцатые годы Юрий Вороной был настоящей «звездой» в области трансплантологии, несмотря на то, что докторскую диссертацию он защитил только в 1952-м, — рассказывает Михаил Красиков. — В 1941 году, перед отступлением наших
войск, он остался отвечать за раненых, брошенных на произвол судьбы, и так оказался в оккупации. Мы знаем имя профессора А. Мещанинова, который спасал раненых и военнопленных в оккупированном Харькове. Но доктор Вороной тоже спас около 70 советских бойцов, объявив их заразными больными. Позже ему пришлось перебраться в Новую Водолагу, поскольку некоторых его коллег фашисты расстреляли. Однако вскоре он был арестован. Прагматичные немцы использовали его в качестве санитара в своем госпитале. Однажды в госпиталь привезли женщину с тяжелым ранением головы. Немецкие врачи считали, что шансов у нее практически нет, но разрешили советскому доктору сделать операцию. И Юрий Юрьевич провел ее блестяще: больная выжила. Впоследствии Вороному удалось бежать из плена и после семидневного скитания по заснеженным лесам выбраться в расположение советских войск.
Еще один эпизод военных лет также повествует о невероятном мастерстве талантливого хирурга. На этот раз ему удалось пришить практически оторванную руку молодой пациентке. После войны она прислала письмо со словами: «Пишу вашей правой рукой». Приехав в село к этой женщине, врач убедился, что пришитая им рука отлично работает.
В дальнейшем судьба доктора Вороного сложилась вполне благополучно: он стал известным ученым, работал в Житомире, потом — в Киеве. А вот жизнь его родного брата Александра, тоже хирурга, окончилась трагично. Он погиб в застенках НКВД, будучи репрессирован в 1930-е годы всего лишь за то, что попытался опубликовать за границей свою научную работу. Интересно, что еще в 1920-е это вовсе не считалось преступлением…
«Бахчичураевский» фонтан — правда или вымысел?
Пройдя еще немного по Чернышевской, сворачиваем в сквер Победы, к фонтану «Зеркальная струя». Здесь экскурсантов ждет сюрприз — встреча с людьми, чьи родственники или знакомые были непосредственно причастны к созданию нынешнего символа Харькова. Вообще такие встречи, как нити между прошлым и настоящим, составляют «изюминку» многих «мемориальных путешествий» Михаила Красикова.
На этот раз мы встречаемся с писательницей Еленой Приходько, поэтом Александром Приймаком и племянником одного из авторов проекта «Зеркальной струи» В. И. Коржа — Сергеем Анатольевичем Коржом.
Как известно, сквер вместе с водоемом и беседкой был построен в 1947 году. Официально беседка называлась «памятником Победы», а также «Стеклянной струей». «Зеркальной» ее стали именовать в народе гораздо позже, хотя водяная струя похожа именно на прозрачное изогнутое стекло, а вовсе не на зеркало.
— У этого комплекса три автора: Александр Михайлович Касьянов, Виктор Иванович Корж и Анна Степановна Маяк, которая была архитектором-озеленителем, — рассказывает Сергей Корж. — Из первоначального озеленения рядом с водоемом осталась только одна ива. Изначально никакого фонтана и труб в этом пруду не было: посреди него было нечто вроде шахты, из которой подавалась вода. Веселые языки называли эту беседку «бахчичураевским фонтаном», поскольку первым секретарем Харьковского обкома тогда был В. Чураев, и по его распоряжению она была построена.
О том, почему у бывшего руководителя области было особое отношение к «Стеклянной струе», в Харькове существует старая легенда.
— Рассказывают, что Виктор Иванович Чураев был влюблен в молодую девушку по имени Валентина и всячески опекал ее, — говорит Михаил Красиков. — Валентина пережила оккупацию, гибель мужа. После войны заботами своего покровителя она была отправлена на отдых в Кисловодск и прислала оттуда фотокарточку на фоне старинной достопримечательности под названием «Стеклянная струя» со словами: «Вот место, где мне хотелось бы пребывать вечно». В это время в Харьков как раз пришло распоряжение построить памятник, посвященный Победе. Чураев выбрал нестандартный проект — воздушную арочную беседку, похожую на ту, которая понравилась его любимой женщине. На вершине сооружения была звезда, которая, правда, потом отпала, и ее уже не восстанавливали. …По легенде, возлюбленным все-таки удалось соединить свои судьбы, однако Чураева вскоре арестовали, судили и расстреляли в Москве. Впрочем, официальные источники эту трагическую версию не подтверждают. Более того, по данным Википедии, В. Чураев уехал из Харькова с повышением, работал в аппарате ЦК КПСС (многие годы — заместителем председателя Комитета партийного контроля) и даже получил на этой работе пять (!) орденов Ленина.
Казалось бы, на этом в романтической истории партийного функционера можно было бы поставить точку, однако, как выяснилось, в Харькове живут люди, которые были лично знакомы с загадочной Валентиной. Елена Приходько рассказывает, что была ученицей этой женщины и сохранила ее письма и дневники, которые подтверждают легенду. Несколько лет назад на их основе Еленой была написана поэма, а потом пьеса «Соло для камертона, или Еще одно признание в любви» и поставлен спектакль, который шел в Харькове всего несколько раз, в том числе и под открытым небом — прямо на ступенях «Зеркальной струи». А недавно Елена Приходько в соавторстве с режиссером Еленой Петровой и исполнителем роли Чураева Александром Приймаком опубликовала обновленный вариант пьесы в своей книге «Этот Харьков только мой». Будем надеяться, что рано или поздно будут обнародованы и подлинные документы, связанные с этой историей, и тогда нас, возможно, ждут новые открытия.
Источник:
