Дробицкий Яр: мы помним, мы скорбим

Мы всегда бережно и трепетно относимся к тем письмам наших читателей, которые повествуют о трагических страницах нашей истории. Особенно когда речь идет о тех, кому довелось пережить это суровое время. Наша память имеет удивительное свойство: зачастую в ней остаются не факты и события, а впечатления от них. В одном из писем, которые мы опубликовали в нашей рубрике «Читатель — газета», один из наших многолетних подписчиков поделился своими воспоминаниями о страшной трагедии Дробицкого Яра. Возможно, в чем-то не точными. И мы благодарны Павлу Петровичу Сокольскому за неравнодушие и историческую честность и принципиальность.

14 декабря 1941 г. в оккупированном фашистами Харькове был расклеен приказ немецкого военного коменданта, предписавший всем евреям города в течение 3-х дней переселиться в поселок ХТЗ. За отказ — расстрел.

Три дня огромная человеческая река текла по Московскому проспекту. Люди шли из центральных улиц и далеких окраин. В основном это были женщины, дети и старики — мужчины в большинстве своем были на фронте.

Малых детей несли на руках, поддерживали дряхлых стариков. Вещи везли на тележках. Зима 1941 г. выдалась суровой, с морозами и снегопадами. Не все смогли выдержать тяжелый многокилометровый путь, и весь он был усеян трупами погибших. Действовал комендантский час, к вечеру движение прекращалось и люди оставались под открытым небом, многие замерзали насмерть.

В промерзшие строительные бараки ХТЗ и станкостроительного завода гитлеровцы согнали тысячи узников. Помещения не отапливались, печное отопление было разрушено, окна выбиты. В бараки, рассчитанные на 80 человек, немцы заталкивали в 10 раз больше. Люди давили друг друга, гибли от голода, холода, болезней, от рук палачей, которые расправлялись с заключенными за наименьшую «провинность»: стон больного, плач ребенка.

Сразу же начались расстрелы.

Отсюда партиями в 200—250 человек гитлеровцы гнали заключенных в сторону Дробицкого Яра. Это было глухое место в стороне от жилья и дорог. Здесь было вырыто два больших котлована, к краю которых подводили людей и расстреливали в упор с близкого расстояния. На детей пуль не тратили: их бросали в ямы и заживо зарывали. Стоны, предсмертные крики и проклятия оглашали Дробицкий Яр. Казни в Дробицком Яру осуществлялись вплоть до января 1942 г.

Жестоко расправлялись палачи с теми евреями, которые по тем или иным причинам не пошли в бараки. Среди них тяжело больные, дряхлые старики и их близкие. Эсэсовцы врывались в дома, расстреливали людей на месте, выволакивали на мороз и обливали холодной водой, пока те не замерзли насмерть. Сотни старых и больных евреев были согнаны в здание синагоги, которая тогда находилась по ул. Гражданской. Здесь их продержали без пищи и воды, отопления. Все узники погибли. Лишь немногим удалось избежать смерти, выползти из котлованов из-под трупов, совершить побег из бараков.

Эти люди остались живы благодаря помощи украинцев, русских, армян и др., которые прятали их, снабжали пищей, одеждой. В памяти потомков сохранятся светлые имена тех, которых мы называем праведниками мира.

В 1943 г. в освобожденном Харькове заседала Чрезвычайная комиссия по расследованию фашистских злодеяний. Была обследована территория Дробицкого Яра. Вскрыты и частично эксгумированы два котлована с расстрелянными. По выводам комиссии, в них покоятся 15—16 тысяч человек, единственная «вина» которых перед фашистским рейхом заключалась в том, что они были евреями. По другим сведениям, число жертв в Дробицком Яру было гораздо больше.

Алексей Толстой писал о том, что в результате голода в Харькове в 1941—1942 гг. погибло около 100 тысяч человек. «Немцы начали хозяйничать тем, что в декабре 1941 г. убили, свалив в ямы поголовно все еврейское население, около 23—24 тысяч человек, начиная от грудных младенцев. Я был при раскопках этих ужасающих ям и удостоверяю убийство, причем оно было произведено с чрезвычайной изощренностью, чтобы доставить жертвам как можно больше муки».

С 15 по 18 декабря 1943 г. в помещении Театра оперы и балета им. Лысенко заседал военный трибунал Четвертого Украинского фронта под председательством генерал-майора юстиции А. Н. Мясникова. Это был первый в истории суд над немецко-фашистскими военными преступниками. Перед трибуналом предстало трое немецких офицеров, творивших злодеяния в оккупированном Харькове, и изменник Родины, водитель душегубки.

Все четверо приговорены к высшей мере наказания — смертной казни через повешение. Справедливое возмездие совершилось 19 декабря 1943 года на площади Благовещенского рынка.

9 мая 1989 г. на территории Дробицкого Яра состоялся первый траурный митинг. На него пришли тысячи харьковчан, среди которых было много родственников погибших. Перед собравшимися выступил поэт Евгений Евтушенко, прочитавший свое стихотворение «Дробицкие яблони».

В 1991 г. был объявлен конкурс на лучший проект памятника для Мемориала в Дробицком Яру. На конкурс поступило 29 работ. Для сооружения был выбран проект харьковского архитектора А. Ю. Лейбфрейда.

В 1992 г. Харьковский горисполком принял решение о сооружении Мемориального комплекса в Дробицком Яру. Был заложен фундамент, проложена дорога. Однако, в связи с финансовыми затруднениями, строительство в Дробицком Яру прекратилось.

В 2002 г. была открыта первая очередь Мемориала. На митинге присутствовали десятки тысяч человек. Окончательное строительство Мемориального комплекса в Дробицком Яру завершено в 2004 г.

В настоящее время Харьковский Мемориальный комплекс жертв геноцида является крупнейшим сооружением такого рода в Европе, вторым после Яд ва-шема в Иерусалиме. Ежегодно его посещают до 10 тыс. человек. Среди них — сотрудники предприятий, организаций, учащиеся школ и вузов Харькова, а также много посетителей из ближнего и дальнего зарубежья.

Последний траурный митинг состоялся 14 декабря 2013 года.

П. П. Сокольский, редактор газеты «Шалом».

Источник: