Современное телевидение — путь к «дракону»

Ее карьера начиналась в Харькове. Теперь Анастасию Даугуле знает вся страна. Изучала историю Древнего Рима, но стала непревзой­денным специалистом в вопросах новейшей истории Украины. Журналист и телеведущая в эксклюзивном интервью «Времени» выступила «разрушителем мифов» о современном ТВ.

Досье

Анастасия Даугуле, заслуженный журналист Украины

Родилась в Латвии. Город детства — Рига. Концерты органной музыки посещает до сих пор — во всех странах мира, где приходится бывать. Любовь к литературе привила мама — поэт и филолог. После школы поступила на исторический факультет Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина. Специализация — история Древнего Рима. Активно участвовала в археологических экспедициях и «готовилась открыть свою Трою».

Параллельно с написанием дипломной работы начала работать на ТВ (ныне закрытый канал А/ТВК — прим. авт.). Первая должность — стажер информационной службы. Затем работала репортером и редактором. 2004–2006 гг. — советник городского головы. В 2006-ом переехала в Киев. Работала репортером на телеканале «Интер». С 2011 г. — ведущая информационной программы «Подробности».

Коллекционирует… впечатления о новых городах, народах, странах. Список «внеклассного чтения» составляет на основе топ-листов Букеровского, Гонкуровского, Нобелевского комитетов.

— Анастасия, естественно, первый вопрос об истории вашего прихода на телевидение?

— Скажу честно, я никогда не думала о журналистике. Но самое главное происходит в жизни «вдруг». Где-то ближе к окончанию университета вдруг увидела по телевизору «бегущую строку»: «Набираем стажёров для работы в информационной программе. Если вас интересует… если чувствуете, что телевидение — ваше призвание…» и так далее. Уж не знаю, что я почувствовала в тот момент, но стало очень интересно. И я позвонила по указанному телефону. Это сейчас понимаю, что тот звонок был одним из знаковых в моей биографии. Тогда же — с азартом пробовала все на свете, ходила на всякие немыслимые курсы. И телевидение тогда казалось ещё одним приключением.

Основы профессии постигали на практике. Учил нас лучший харьковский тележурналист того времени — Владимир Чапай.

Писала диплом в университете и едва ли не ежедневно приходила на канал, чтобы поехать на съёмку с опытным репортёром. Через время мне доверили съемки собственного сюжета. Первый репортаж был с харьковского мусоросжигательного завода! Помню, как на модельных каблуках, в платьице, я шагнула к обрыву размером со стадион, где сотни тонн мусора. Вся эта масса дымилась, издавала жутковатые звуки и даже шевелились из-за внутренних процессов гниения и полчища крыс. Меня поразило, что гигантским экскаватором, который отправляет отходы в жерло печи, управляла …худенькая женщина. Это одно из правил журналистики — замечать интересные детали. Репортаж получился хорошим, его выпустили в эфир. Я была счастлива, несмотря на то, что потом пришлось несколько раз стирать все вещи и трижды мыть голову — всё было пропитано едким отвратительным запахом.

— Какой это был период времени?

— Это были 90-е годы. Полная разруха — и в головах, и в клозетах. В Харькове постоянно отключали электричество. На канале установили специальный генератор. А дома писала дипломную работу при свечах. Плохо топили. Общественный транспорт ходил так редко, что на остановках скапливались толпы, буквально штурмовавшие каждый несчастный троллейбус. И в то же время, не помню, чтобы чувствовала себя подавленной или удручённой. Половина жизни проходила в заочных дискуссиях с римскими патрициями (в рамках написания диплома), а другая половина — в редакции новостей, где всегда было дружно и весело, где мы часами обсуждали темы сюжетов и репортажи. Впоследствии меня взяли в штат. Сначала была корреспондентом, потом редактором, ведущей «Харьковских новостей» на канале

А/ТВК. Работала в итоговых программах «Выводы» и «Доживём до понедельника», писала статьи в газеты и интернет-издания, пробовала себя на радио, ездила в Киев на специальные журналистские курсы. Дальше был 7-ой канал, где работала редактором и ведущей программ «Собеседник», «Проспект». Был еще удивительный и крайне познавательный период работы в мэрии.

— Кстати, сегодня уже известная ведущая самых популярных теленовостей поддерживает отношения с теми, кто окружал тогда, в том числе работниками мэрии?

— Да, конечно. Правда, чаще всего через интернет, в социальных сетях. Увы, времени встречаться в реальности почти нет.

— Как, почему и, главное, зачем решили ехать в Киев?

— В Киев уехала в 2006-ом. Наверное, время пришло. В Харькове по своей специальности я поработала везде, где только было можно. Меня приглашали, пожалуй, на все ведущие каналы. Но я поняла, что это — горизонтальное развитие, а хотелось идти вверх. Я очень люблю Харьков и искренне благодарна городу за становление, мудрые уроки и поддержку. По большому счёту, всему, чему научилась в профессии, — я научилась именно здесь. Но иногда нужно расставаться и с любимыми.

— Как складывались отношения со столицей?

— Сказать, что Киев ждал меня с распростёртыми объятиями, было бы преувеличением. Но я в очередной раз убедилась: профессионалы нужны везде и всегда. Начинала работать редактором-журналистом в частной телекомпании, которая производит очень качественные документальные фильмы. Много лет у меня был совершенно сумасшедший график работы. Телевидение ведь пожирает время не только тех, кто его смотрит, но и тех, кто его делает. Бывали периоды, когда заезжала домой, только чтобы переодеться и постирать вещи. Не дожидаясь, пока они высохнут, снова собирала чемодан и ехала в очередную командировку. Гладила уже в гостинице. Зато научилась спать в любых условиях, писать тексты в машине или при регистрации на авиарейсы. В новостях фактору времени подчинены все технологии и, соответственно, люди.

— А как бы вы охарактеризовали работу телеведущего? Ведь в массовом сознании «люди из телевизора» все, в общем-то, одинаковы. Например, зрители российского Первого канала как-то назвали лучшей телеведущей Ксению Собчак. Хотя понятно, что это скорее шоу-бизнес, чем телевидение.

— Телевизионный веду­щий в новостях — это сталкер, проводник, который идёт впереди зрителей, светит фонариком в неведомом им тоннеле и предупреждает, что с завтрашнего дня вот здесь будут новые правила, вот в этом окошке вы увидите, что и как решило правительство, а сейчас — осторожно, приготовьтесь! — будет страшная история. Ведущий — раздатчик автоматов и пряников, чтобы зритель мог приготовиться, вооружиться знаниями и комфортно себя чувствовать в мире — виртуальном и реальном.

— А что думаете по поводу тезиса о «греховности» ТВ. И насилие «пропагандирует», и информацию «искажает», ну, одним словом, виновато во всех бедах страны…

— Во времена Мазепы или Богдана Хмельницкого телевидения не было и в проекте, но бед в социуме было не меньше. Телевидение — это во многом зеркало. Да, порой кривоватое. Но всё же, не стоит на него так пенять…

— «Я не смотрю телевизор!» — сегодня эту фразу нередко произносят с оттенком превосходства. Вы смотрите ТВ?

— Я, конечно, смотрю телевизор! Более того, не совсем понимаю коллег, которые презрительно сцеживают, что на «ящик» время не тратят. Я смотрю практически все основные выпуски новостей на центральных каналах, сравниваю подачу, уровень мастерства, глубину раскрытия темы. Без досконального знания контента делать качественный продукт невозможно, поэтому я просто обязана видеть, в каком направлении движутся другие. Новости на всех ведущих каналах (в том числе российских и зарубежных) — этой моя «обязательная программа». Кроме этого, информационные ток-шоу и аналитика. Ну, а просто для себя — канал «Дискавери».

— Вы говорите как человек, который производит телепродукт. А зрители часто рассуждают так: «Что толку смотреть телевизор, если доверять тому, что там говорят, все равно нельзя?!». Мелкие политиканы добавляют масла в огонь — «Все каналы выполняют заказ! Отрабатывают волю хозяина!». Часто при этом из списка «продажных» автоматически изымается телеканал, собственником которого является «обвинитель».

— Смотрите, в Украине — сотни телеканалов, включая региональные и центральные. Подавляющее большинство из них — частные. Думать, что абсолютно все телевизионщики «отрабатывают заказ хозяина», — ошибочно. Это наивный и, мягко говоря, поверхностный подход. Чем крупнее канал, тем в большей мере он является не игрушкой собственника, а бизнес-проектом. Владелец сыроваренной фабрики не станет тоннами выпускать сыр, который нравится его тёще, но не по вкусу большинству покупателей — он быстро прогорит. Поверьте, собственники серьёзных успешных национальных каналов и холдингов — это грамотные и умные люди.

Что касается доверия… А можно ли доверять своим соседям, родственникам? Смотря каким, — скажете вы. Так и с телевидением. Это очень многоголовый дракон. Но если чутко послушать пару-тройку голов, можно сделать для себя определённые выводы. А если слушать и смотреть некоторое время, сравнивая с реальной жизнью за окном, можно точно определиться — кому доверять.
Дмитрий Грузинский