После Одессы: жизнь и война, память и напоминания

Кое-кто в начале евромайданного угара страшно боялся «русских танков». Вот, мол, придут русские танки, это же ужасно. Лучше, дескать, Правый сектор, чем русские танки. А другие очень похожим образом – может, чуть менее интенсивно – боялись натовских войск (ооновских миротворцев и так далее). Потому что страшно ведь: загнивший запад пригонит своих троглодитов, чтобы уничтожить мирных славянских/русских людей.

Оба варианта были бы на порядок лучше того, что мы имеем сейчас. Поскольку война профессионалов всегда менее жестока и более эффективна, чем война гражданская. Гражданская война – это закрытые глаза, открытый рот и бесконечная, бешеная до иррациональности ненависть ко «всем этим». И не особенно важно, кто они – «эти», главное, что они – «не мы». Чужие.

Именно из-за иррациональности такая ненависть бесконечна. Этим она отличается от функциональной, стимулирующей ненависти к врагу. Врага на войне ты ненавидишь ровно до того момента, пока он представляет собой угрозу. Не представляет собой угрозы – ненависть ушла. Обезоружил ты его, в плен взял – и продолжаешь воевать с теми, у кого ещё оружие есть. Цель такой войны не связана с полным физическим уничтожением противника, его нужно вывести из строя.

Кроме тех случаев, когда ты воюешь с теми, кто сам не руководствуется такими же правилами. Впрочем, и тут в ответе нет «симметрии». Просто такой враг (как сейчас модно говорить, «дегуманизированный») может быть обезврежен только посредством физического уничтожения. Однако не «эквивалентного». Вспомните великий фильм Элема Климова «Иди и смотри». Там партизаны расстреливают захваченных нацистов и полицаев, которых сначала собирались сжечь в отместку за сожжённых в амбаре селян. Расстреливают, а не сжигают. Это при том, что как раз фильм Климова максимально полно и ярко показывает процесс дегуманизации, сопровождавший Великую Отечественную войну. Если не считать «Обыкновенного фашизма» Ромма – но он ведь не художественный.

В гражданской войне всякий враг – это враг навсегда, враг наихудший. Он не отделён государственной границей и законодательством, поэтому приходится его «отграничивать» по ходу дела – той самой «дегуманизацией». Это может быть эффектом пропаганды – нынешние украинские условия просто идеальны для подобного эффекта. А может быть эффектом самоубеждения. Последнее вовсю наблюдается у интернет-публики. Клавиатура в руках вместо автомата способствует.

Одесская трагедия уже подробно разобрана во многих и многих сообщениях и заметках. Многое проясняется, многое, наоборот, затемняется. Я не буду здесь разбирать нюансы – начало столкновений, «красноповязочных» провокаторов, наличие или отсутствие плана, неожиданность результата или его закономерность (заслуживающие, на мой взгляд, внимания разборы и анализ ,  и ). Там много материала для дальнейшего разбора, масса вопросов, порождаемых ответами. Там такое переплетение версий, что повесить вину за «одесскую Хатынь» на ГРУ или ФСБ некоторым удаётся почти так же убедительно, как на Правый сектор и ультрас (только вот неувязочка: и «отчёты» ультрасов и правосеков в пабликах, и победные реляции разнообразных тимошенок, аваковых, оробец и немировских как раз посвящены «славной победе украинских патриотов над сепаратистами», что плохо увязывается с «российским следом»). Но наиболее важным мне всё-таки кажется вполне очевидный симптом, проявившийся в реакции на происшедшее.

Реакция, квинтэссенция которой была в одном из сообщений в Евромайдановском сообществе. Сообщение вот такое: «В Запорожье замесили пирог из сепаратистов, а в Одессе – запекли». Их-то много было, таких реакций, бесконечное количество. Клавиатура, повторяю, способствует. Вот эта реакция в различных версиях – однозначный симптом гражданской войны. Ибо сгорели, как видите, не люди, а колорады, ватники, сепаратисты, русня, титушки и так далее.

А теперь спросите себя, как вы отреагировали на сообщение о том, что в той же Одессе застрелены несколько участников «марша за единство». Наверняка сказали себе, что на несколько правосеков/бандеровцев/ультрасов стало меньше. И это, так сказать, хорошо, чуть ли не «ура». Так?

Вот она, гражданская война, война на уничтожение, любыми способами. И если вы думаете, что сейчас я призову вас опомниться и немедленно приложить все усилия для прекращения этой войны, снижения эскалации и так далее, то – нет. Бессмысленно. Я ни к чему не намерен вас призывать. Я просто напомню несколько важных моментов. Пожалуйста, помните: в гражданской войне побеждает тот, кто хочет, чтобы она поскорее закончилась. Пожалуйста, помните: в гражданской войне со всех сторон участвует различное, но всё же заметное количество разнообразной швали – будьте готовы обнаружить её даже среди «своих». Пожалуйста, помните: когда гражданская война закончится, всем выжившим нужно будет возвращаться в человеческое состояние, которое после Одессы и штурмов Славянска и Краматорска кажется невозможным. Пожалуйста, помните: если бы не гипнотизирующее «заединным патриотизмом» укроТэБэ, ситуация была бы совсем другой. И стоит вырубить «башни Огненосных творцов», многие головы, что называется, отпустит.

Пожалуйста, помните: вина лежит не только на «рядовых карателях», но в первую очередь и в гораздо большей степени на идеологах, на «журналистах», на кукловодах; наконец, на тех, кто уничтожил государственность, законы и нормы в этой стране, перейдя черту во время Евромайдана; на тех, кто сегодня изображает власть – на Турчинове, Авакове, Яценюке, Коломойском, Тимошенко, Порошенко, Яроше. Пока они будут у власти, уничтожение «рядовых карателей» ничего не даст. Виновны в гражданской войне те, кто заказывает и руководит «антитеррористической операцией» на Донбассе. Те, чья промежуточная цель – превратить федералистов в сепаратистов не только в пропаганде, но и на самом деле (после Одессы уже гораздо больше людей считают федерализацию полумерой), сделать гражданскую войну неизбежной – уже воплощается в жизнь. Те, кто уничтожил всю социальную систему ради собственной наживы… простите, ради славы нации, смерти ворогам и евроинтеграции.

Помните об этих важных нюансах. Они не заменят полной обоймы, но помогут победить. Помогут не превратиться в отражение своего врага. Помогут памяти об одесских жертвах не исчезнуть и одновременно – не превратиться во внутренний яд.

Источник: