Его убили декабристы…

Славный боевой генерал Михаил Андреевич Милорадович (1771-1825) навсегда остался примером беззаветного служения России, а его неожиданная смерть от рук декабристов стала горьким упреком россиянам за внутренние распри. Михаил Андреевич происходил из сербского рода, переселившегося в Россию при Петре I. Его отец был участником русско-турецких войн Екатерининской эпохи, достиг чина генерал-поручика и должности наместника в Малороссии, как тогда называлась Украина. Его сын Михаил помимо домашнего воспитания имел возможность поучиться за границей.

Там он посещал занятия в ряде университетов и военных школ.Еще в детстве Милорадович был зачислен в лейб-гвардии Измайловский полк, в его рядах он начал свою боевую карьеру – участвовал в русско-шведской войне 1788-1790 годов, в 1796 году уже имел чин капитана. Подтянутый, молодцеватый и исполнительный офицер благополучно пережил плац-парадные испытания и муштру в царствование Павла I, в 1798 году стал генерал-майором и командиром Апшеронского мушкетерского полка.Важную роль в становлении Милорадовича как боевого командира имело его участие в Итальянском и Швейцарском походах Александра Суворова в 1799 году. В самом начале Итальянского похода командир Апшеронского полка проявил находчивость, быстроту и презрение к смерти в бою при Лекко, и Суворов приблизил его к себе, сделал своим дежурным генералом. Милорадович усвоил суворовскую удаль, предприимчивость и доброе отношение к солдату, которые в дальнейшем принесли ему популярность и известность. В сражении при Нови войска под командованием Милорадовича и Петра Багратиона внесли решающий вклад в победу, разгромив французские части, оборонявшиеся в центре позиции. Удар отряда Милорадовича предопределил разгром французских войск, оборонявших у озера Обер-Альп подступы к Сен-Готардскому перевалу.

Генерал Милорадович в молодости

С походом через Сен-Готард связан один любопытный эпизод. При спуске с крутой горы в долину, занятую французами, солдаты Милорадовича заколебались. Заметив это, Михаил Андреевич воскликнул: «Посмотрите, как возьмут в плен вашего генерала!», – и покатился на спине с утеса. Солдаты, любившие своего командира, дружно последовали за ним…

Деятельное участие принял Михаил Андреевич и в боях за Альпами, способствуя выходу армии Суворова из окружения. За походы 1799 года он был награжден орденами святой Анны 1-й степени, святого Александра Невского и мальтийским орденом.

В период русско-австро-французской войны 1805 года Милорадович командовал бригадой в составе армии Михаила Кутузова. При отступлении русской армии от Браунау он отличился в жарком бою с французами у Амштеттена и в сражении под Кремсом. В последнем ему была поручена фронтальная атака неприятельской позиции. За мужество и доблесть в сражении, продолжавшемся весь день, он был удостоен ордена святого Георгия 3-й степени и чина генерал-лейтенанта.

Милорадович доказал свою храбрость в походах Суворова

Всегда щеголеватый и изысканно одетый, Михаил Андреевич под пулями мог спокойно закуривать трубку, поправлять ордена и шутить. Отдаваясь музыке боя, он везде успевал, возбуждал войска личным примером: раньше всех садился на коня и слезал с него последним, когда все были устроены на отдых.

В 1806 году, с началом русско-турецкой войны, Милорадович во главе корпуса переправился через Днестр, вступил в придунайские княжества и, заняв Бухарест, избавил Валахию от разорения. Продолжая действовать в составе Молдавской армии Ивана Михельсона, отличился при Турбате и Обилешти; был награжден золотой шпагой с надписью: «За храбрость и спасение Бухареста». В 1809 году за сражение при Рассевате Михаил Андреевич был произведен в генералы от инфантерии, став в 38 лет полным генералом. Затем он занимался административной деятельностью, исполняя должность генерал-губернатора в Киеве…

С началом Отечественной войны 1812 года Милорадовичу было поручено формирование резервных и запасных войск в районе Калуга – Волоколамск – Москва. 18 августа он с 15-тысячными подкреплениями присоединился к главной армии у Гжатска. В Бородинском сражении Михаил Андреевич, действуя в составе 1-й армии Михаила Барклая-де-Толли, командовал тремя пехотными корпусами на правом фланге и успешно отбил все атаки французских войск. 28 августа, через два дня после Бородино, Кутузов назначил его начальником арьергарда русской армии, и с этого дня отважный генерал стал стражем армии, а при необходимости – ее острием.

Битва за Прагу

Командир русского арьергарда сумел вырвать согласие у маршала Иоахима Мюрата, руководившего авангардом французских войск, на беспрепятственное продвижение русской армии через Москву. «В противном случае, – заявил Милорадович Мюрату, – я буду драться за каждый дом и улицу и оставлю вам Москву в развалинах». При переходе русских войск на старую Калужскую дорогу арьергард Милорадовича своими энергичными ударами по противнику, неожиданными и хитроумными перемещениями обеспечил скрытное проведение этого стратегического маневра. В горячих боях и стычках он не раз заставлял отступать рвавшиеся вперед французские части.

Когда под Малоярославцем корпуса Николая Дохтурова и Николая Раевского перекрыли путь французской армии на Калугу, Милорадович от Тарутино совершил столь стремительный марш к ним на помощь, что Кутузов назвал его «крылатым». Наполеон после неудачи под Малоярославцем вынужден был отступать по Смоленской дороге, и Кутузов поручил непосредственное преследование противника Михаилу Андреевичу. В сражении под Вязьмой (28 октября) авангард Милорадовича при поддержке казачьего отряда Матвея Платова нанес поражение четырем французским корпусам и занял город. На плечах французов он овладел Дорогобужем, а затем отличился в сражении под Красным, заставив французские войска повернуть по проселкам к Днепру. В Вильно (Вильнюсе) Александр I лично вручил отважному генералу алмазные знаки к ордену святого Георгия 2-й степени. По поручению царя Милорадович был направлен для занятия Варшавского герцогства, где он сумел почти бескровно вытеснить австрийцев и овладел Варшавой. Отечественная война 1812 года сделала имя Милорадовича необыкновенно популярным и известным.

Свою боевую славу Михаил Андреевич не уронил и в заграничных походах русской армии 1813-1814 годов. После Лютценского сражения (апрель 1813 года) он в течение трех недель прикрывал отступление русско-прусских войск, не дав возможности Наполеону развить успех. В Бауценском сражении Милорадович стойко выдержал на левом фланге все атаки французских войск и не раз сам переходил в контратаки, восхищая наблюдавшего за ходом битвы Александра I. Под командованием Барклая-де-Толли доблестный генерал успешно действовал в знаменитом сражении под Кульмом (август 1813 года), где союзные русско-австрийские войска окружили и разгромили французский корпус Доменика Вандама.

А потом случилось восстание декабристов…

После Леирцигской «битвы народов», в которой Михаилу Андреевичу было доверено командовать русской гвардией, Александр I произвел его в графское достоинство. Девизом своего герба Милорадович избрал: «Прямота меня поддерживает». Кроме того, царь разрешил ему носить солдатскую георгиевскую награду – серебряный крест на Георгиевской ленте, сказав: «Носи его, ты – друг солдат». В 1814 году Милорадович командовал гвардией и гренадерскими корпусами, участвовал в боях под Арси-сюр-Об, Бриенном, Фер-Шампенуазом, Парижем.

После возвращения в Россию граф Милорадович возглавлял цвет армии – гвардию, а в 1818 году был назначен на пост генерал-губернатора Петербурга. Зная для себя лишь одно достойное занятие – войну, он не имел удовлетворения от должности градоначальника. Лишь при разного рода происшествиях, особенно в дни наводнений, генерала видели распорядительным, смелым и энергичным. Доступный и снисходительный, он старался во всех делах соблюдать справедливость и гуманность. Относясь к своим заслугам в мирное время скептически, Михаил Андреевич писал царю: «Убедительно прошу ваше величество не награждать меня… По мне лучше выпрашивать ленты другим, нежели получать их, сидя у камина»…

…Мятеж декабристов в 1825 году обернулся для Милорадовича бедой. Из двух возможных преемников умершего Александра I – Константина Павловича и Николая Павловича он отдавал предпочтение Константину, с которым еще в 1799 году участвовал в суворовских походах. Возможно, поэтому генерал-губернатор столицы не предпринял энергичных мер по предотвращению мятежа на Сенатской площади. Прибыв 14 декабря в Конногвардейский полк, шефом которого являлся Константин, Милорадович не захотел вести его против восставших, жалея русскую кровь. «Пойду сам», – сказал он и поскакал на Сенатскую площадь. Там он, приподнявшись на стременах и достав золотой клинок, обратился к солдатам: «Скажите, кто из вас был со мной под Кульмом, Лютценом, Бауценом?». Тихо стало на площади. «Слава Богу, – воскликнул Милорадович, – здесь нет ни одного русского солдата!». В рядах восставших наметилось замешательство, и тут прозвучал роковой выстрел отставного поручика Петра Каховского: смертельно раненный генерал опрокинулся с лошади в снег…

Петр Каховский – убийца генерала-героя…

…Когда Михаил Андреевич умирал в казарме Конногвардейского полка и увидел пулю, извлеченную из его тела, он с облегчением сказал: «Слава Богу, это пуля не ружейная, не солдатская». В 3 часа ночи на 15-е декабря его не стало. Без малого три десятилетия Милорадович находился в боевых походах и сражениях, бессчетное число раз подвергался опасности, но остался жив. Смерть посреди столицы от руки соотечественника стала укором для России…