Теракт в Кении: «Глухие отзвуки арабских революций»

Кения неожиданно оказалась в центре внимания мировых СМИ. В 21 сентября в торговый центр Westagate в Найроби ворвалась группа боевиков. Они выпустили из здания мусульман и открыли беспорядочную стрельбу по остальным посетителям

По разным данным, убиты от шестидесяти до ста человек, в том числе граждане других государств. Сотни ранены. Местные власти сообщают о заложниках, но их число неизвестно. Эксперты полагают, что «гулкое эхо арабских революций» докатилось до относительно спокойных государств, каким до последнего времени считалась Кения.

Ответственность за бойню в торговом центре взяла на себя исламистская группировка «Аш-Шабаб». Представитель боевиков заявил зарубежным СМИ, что кровавая акция стала ответом на участие кенийских военных в антитеррористической операции в Сомали. Именно там базируется «Аш-Шабаб».

Некоторые эксперты считают теракт попыткой раскачать ситуацию извне.

Кения находится в окружении неспокойных соседей – Сомали, Судана, Эфиопии. Каждая из этих стран переживает кризисные процессы. Старший научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований Института Африки РАН Анатолий Саватеев считает, что почва для этих событий была заложена еще 20 лет назад в самой Кении:

«Основа для подобных проявлений заложена в самой Кении. Еще в 1992 году здесь была образована Исламская партия Кении. Это был январь, а уже в мае она организовала первые столкновении с полицией в Момбасе – главном портовом городе страны. Вполне возможно, что «Аш-Шабаб» связан с ними. Не исключено что это является актом возмездия со стороны «Аш-Шабаб» по отношению к Кении».

По оценке эксперта, силы исламистов в Кении не слишком велики. Они насчитывают максимум несколько сотен человек, но они хорошо организованы и связаны с «Аль-Каидой».

В Кении подполье проявляло себя и ранее: в 1998 году в Найроби был организован взрыв американского посольства. Тогда погибли 213 человек и около 4 тысяч получили ранения. Ответственность за происходящее взяла на себя неизвестная «Исламская армия освобождения святых мест», но спецслужбы США посчитали это делом рук «Аль-Каиды». Анатолий Саватеев связывает активизацию исламских радикалов с общим обострением ситуации на Ближнем Востоке:

«В данном случае «Аш-Шабаб» находилась под влиянием событий, которые сейчас раскручиваются в Сирии, которые имеют место в Египте и Ливии. Такой силовой вариант, видимо, вдохновил «Аш-Шабаб». Это урок тем, кто полагает, что Африку южнее Сахары события, происходящие в арабском мире, не затронут. Сейчас, я думаю, это глухие отзвуки арабских революций в мире».

Волна насилия действительно распространяется по региону. Ближний Восток вновь превращается в «дугу нестабильности», как назвал его некогда американский политолог Збигнев Бжезинский. Но события в Кении не столько следствие арабских революций, сколько результат экспорта радикального ислама, который осуществляют государства Персидского залива, уверен ведущий эксперт Фонда исторической перспективы Павел Святенков:

«Его цель – подрыв любых попыток создать современные демократические исламские государства. Для Саудовской Аравии, которая является абсолютной монархией, и других аналогичных княжеств, демократизация — это нож острый, и они экспортируют радикальный ислам в надежде подорвать демократические тенденции в современных исламских обществах». 

Арабские революции, по мнению эксперта, во много стали следствием активизации радикального ислама. Однако действия исламистов уже спровоцировали «встречную волну». Примером может служить военный переворот в Египте, поддержанный значительным числом жителей. Подъем радикального ислама идет, и это уже свершившейся факт. В ответ на это исламское общество пытается вырабатывать иммунитет к происходящему. Кто и что победит – неизвестно.