Исследование «Харьковчане и политика»

Исследование «Харьковчане и политика» проводилось в октябре 2011 года. Основной метод – уличный опрос с квотной выборкой. В ходе исследования было опрошено 969 респондентов в 9 районах города пропорционально численности населения в административно-территориальных единицах Харькова. Погрешность не превышает 3,1%. В ходе исследования были получены следующие данные, по нашему мнению, заслуживающие особого внимания.

Итак, самый «острый политический» вопрос об электоральных предпочтениях харьковчан был помещен во вторую половину анкеты и дал следующие результаты: если бы парламентские выборы состоялись в ближайшее воскресенье, то за Партию Регионов проголосовало бы 27% избирателей, за «Батькивщину» – 11%, КПУ – 8,5%, «Фронт Перемен» – 8%, «УДАР» – 4,3%, ГП (Гриценко) – 3,7%, ВО «Свобода» – 2,2%, НУНС – 2,2%. Альтернативу «Другое» выбрали 6% респондентов и еще 23% сообщили о своем нежелании участвовать в выборах (которых мы не будем учитывать в дальнейшей электоральной аналитике).

Компаративная таблица рейтингов политических сил с вычетом тех, кто не будет принимать участия в парламентских выборах, выглядит следующим образом:

Эти показатели дают нам сведения об изменении реальных рейтингов лидеров электоральных состязаний в городе Харькове за год до парламентских выборов. Опираясь на них, мы можем утверждать, что рейтинг Партии Регионов на протяжении 4 лет снизился более чем на 12%. В аналитическом плане такой электоральный результат стоит связывать с проведением непопулярных реформ, неудачной экономической политикой и ошибками в гуманитарной сфере, которые допустили политики, принадлежащие к этому политическому проекту.

Интересный показатель также и у ВО «Батькивщина». Невзирая на статус оппозиционной политической силы, который всегда добавляет баллы в электоральную копилку партии, ВО «Батькивщина» (в прошлом Блок Юлии Тимошенко) также не может похвастаться увеличением собственного рейтинга. Он снизился в Харькове приблизительно на 5,5%. На это повлияла неудачная политическая стратегия Юлии Тимошенко на посту премьер-министра Украины, ведь лидер этой политической силы полностью отождествляется с самой партией, следовательно, рейтинг политического лидера прямо пропорционально  связан с рейтингом партии.

Странно то, что рейтинг «бело-красной» партии не поднялся после произошедшего громкого судебного дела, в результате которого Тимошенко была осуждена на 7 лет лишения свободы. На фоне того, что более половины опрошенных респондентов (53,2%) считают проблему судебных преследований оппозиционеров актуальной, падение рейтинга «Батькивщины» выглядит несколько странно. На основе полученных данных в ходе проведения социологического исследования мы считаем, что избиратели относятся к «делу Тимошенко» не иначе как к медийной истории («театральной постановке»), которая на результаты выборов повлиять не может в силу высокой социально-политической апатии населения.

Два приблизительно равных рейтинга мы можем зафиксировать у «Фронта перемен» и КПУ. Как ни странно, и у коммунистов, и у «фронтовиков» рейтинг вырос. Если с политической силой Арсения Яценюка всё ясно – это относительно новая политическая сила, которая ещё не успела испортить своё имя пребыванием во власти, то рост поддержки коммунистов выглядит несколько странно (ибо эта политическая сила в данный момент находится в парламентском большинстве – де-факто в коалиции с Партией регионов). Мы считаем, что это связано с радикализацией украинского общества, а также с тем, что гуманитарная программная платформа Партии регионов не была осуществлена (например, не был решен вопрос относительно статуса русского языка как второго государственного). Таким образом, голоса ярых русофилов начали постепенно перетекать от Партии регионов, потерявшей очки радикалов в борьбе за медианного избирателя, к КПУ.

«Фронт перемен» выглядит очень перспективно в Харькове. Учитывая взаимную лояльность городского совета и мэра к руководителю «фронтовиков» Александру Давтяну, а также исходя из отсутствия грубых ошибок в ведении политической кампании, можно заявить о том, что с большой долей вероятности «Фронту перемен» удастся ели не увеличить, то наверняка закрепить свой рейтинг на выборах 2012 года.

Перспективными по Харькову выглядят рейтинги ещё 2-х политических сил (под «перспективностью» мы понимаем потенциальную возможность преодоления 5% проходного электорального барьера), а именно: партия УДАР и «Гражданская позиция» Анатолия Гриценко. Электоральный потенциал этих политических сил объяснить довольно   легко – это относительно новые политические проекты. Их рейтинговый результат прямо пропорционально связан с количеством средств, которые тратит политическая сила на собственное рекламирование. Очевидно, что партия УДАР не может тратить на собственный PR столько же средств, сколько может тратить «Фронт перемен» – вот и результат.

Аутсайдерами по Харькову являются: «Наша Украина», ВО «Свобода», СПУ, «Единый центр» и т.п. Эти партии хоть и имеют определенный стабильный электорат, но не смогут преодолеть по городу Харькову электоральный барьер, что, возможно, и не предрешит их судьбы в едином общегосударственном избирательном округе, но предрешит судьбу местных ячеек этих партий, которые будут финансироваться по остаточному принципу.

Далее следует разбор самых интересных, по нашему мнению, статистических показателей, которые были получены во время проведения социологического исследования «Харьковчане и политика».

Возраст и поддержка партий

Партия регионов обладает практически одинаковым распределением голосов по 4 основным возрастным группам. Следовательно, эта политическая сила не ориентировалась, и не будет ориентироваться на определенную возрастную группу.

ВО «Батькивщина» также обладает практически равным распределением среди трёх первых возрастных групп, однако значительно меньше, среди общего количества респондентов, эту политическую силу поддерживают те харьковчане, которым больше 60 лет. Это можно связать с отсутствием среди пожилых харьковчан политического запроса на партии, которые в номинальном плане можно отождествить с идеей украиноцентризма и соответствующей атрибутикой.

«Фронт перемен», и это очевидно, обладает довольно низкой поддержкой пожилого населения города Харькова, что проявляется в его процентном соотношении к общему количеству избирателей, которые поддерживают «фронтовиков». Странно, что во второй возрастной группе поддержка этой политической силы гораздо меньше, нежели поддержка в первой и третьей возрастной группе. Эту ситуацию следует объяснять следующим образом: деятельность «Фронта перемен» направлена на те слои населения, которые в большей степени, чем все остальные, зависимы от государства. В первую очередь, это студенты и люди предпенсионного возраста, находящиеся в поиске той политической силы, которая может гарантировать им возможность бесперебойного получения социальной помощи и льгот.

Ядерный электорат КПУ в Харькове ничем не отличается от её ядерного электората в других регионах. Как и предполагалось, практически 70% поддержки, которую коммунисты получают со стороны избирателей, исходит от тех, кому больше 60 лет.

Партия УДАР в Харькове также обладает очевидной возрастной специализацией. Ядро этого политического проекта составляют первая и вторая возростная группа – более 60% голосов поддержки партия УДАР получает от тех избирателей, которым ещё не выполнилось 46 лет.

Измерение персонального доверия

Помимо партийных пристрастий, мы анализировали отношение харьковчан к местным политическим лидерам, оценивая для каждого такую категорию как «индекс доверия». Предложив респондентам оценить собственный уровень доверия приведенным политическим лидерам, мы использовали порядковую шкалу с пятью альтернативами («полностью доверяю», «скорее доверяю», «затрудняюсь ответить», «скорее не доверяю» и «полностью не доверяю»). Соответственно «индекс доверия» высчитывался как разность между процентом «полностью»/«скорее» доверяющими и «полностью»/«скорее» не доверяющими. Общей тенденцией является тотальное недоверие харьковчан к политическим лидерам – для всех 6 политических и общественных деятелей «индекс доверия» оказался отрицательным: -15% у Михаила Добкина, -21% у Аллы Александровской, -25% у Геннадия Кернеса, -34% у Арсена Авакова и Игоря Швайки, -40% у Александра Фельдмана.

В то же время «индекс доверия» не всегда связан с рейтингом и поддержкой кандидата: например, для наиболее популярного из приведенных кандидатов, Михаила Добкина, «индекс доверия» составил -15%, а для абстрактного неизвестного гражданина K распределение может принять вид (1%-1%-85%-5%-8%, то есть абсолютное большинство окажется в категории незнакомых с деятельностью и «затрудняющихся ответить»). Таким образом индекс доверия К = -11%: показатель определенно более выгодный, нежели у Добкина. Однако очевидно, что поддержка и политический потенциал нынешнего губернатора выше, чем у К. Потому проанализируем полученные данные в категориях «поддержки», а не «индекса доверия»: то есть сложим количество «полностью» и «скорее» доверяющих политическому лидеру. Наивысшие показатели по-прежнему у Добкина (39%), на втором месте уже не лидер харьковских коммунистов, а мэр, Геннадий Кернес (35%), Аваков и Александровская делят третью строчку (по 24%), у Александра Фельдмана 19% поддержки и у Игоря Швайки – 9%.

В продолжение темы поддержки региональных политических лидеров и местной власти следует отметить интересный факт: индексы доверия и к Михаилу Добкину, и к Геннадию Кернесу отрицательные (-15% и -25% соответственно), тогда как оценка деятельности городской власти по той же шкале имеет положительный индекс, +1% (9,2% – 35,6%  – 11,5% – 28,7% – 15%). Другими словами, сконструированные оппонентами Кернеса «медийный образ» и «медийная легенда» городского головы настолько сильно укоренились в представлениях харьковчан, что даже сейчас (когда эти самые «оппоненты» находятся за границей) даже «безликая власть» у респондентов пользуется большей популярностью, чем ее реальный носитель.

Оценка деятельности городской власти в среде электората различных политических сил

Признаки	Партия регионов	Батькивщина	Фронт перемен	КПУ	УДАР	Гражданская позиция
Местная власть полностью справляется со своими обязанностями	25.5%	0%	/2.6%	4.9%	2.4%	0%
Местная власть, скорее справляется со своими обязанностями	51.7%	20.8%	21.8%	34.1%	31%	33.3%
Затрудняюсь ответить	9.7%	6.6%	15.4%	12%	14.3%	8.3%
Местная власть, скорее не справляется со своими обязанностями	11.2%	39.6%	48.7%	37.8%	38.1%	33.3%
Местная власть полностью не справляется со своими обязанностями	1.9%	33%	11.5%	11%	14.3%	25%

Эту таблицу следует интерпретировать следующим образом: существует видимая зависимость между лояльностью к определенной политической силе и интерпретацией деятельности городской власти, которая представлена, в большинстве своём, выходцами из одной партии. Именно поэтому среди тех, кто поддерживает Партию регионов и считает, что местная власть полностью или частично справляется со своими обязанностями 77.2% – более ¾ от общего числа избирателей этой политической силы. Напротив, избирателей в соответственной категории среди тех, кто поддерживает ВО «Батькивщину» всего 20.8%, притом, что фактически, при проведении социологических замеров, ни один из респондентов, который поддерживает ВО «Батькивщину» не ответил утвердительно на вариант ответа «местная власть полностью справляется со своими обязанностями».

Обратный процесс можно выявить при анализе негативных мнений по отношению к деятельности местной власти. Очевидно, что среди тех, кто будет поддерживать ВО «Батькивщину» процент отрицательных суждений по поводу деятельности городской власти будет наивысшим – 72.6% считают, что местная власть частично или полностью не справляется со своими обязанностями.

Еще любопытнее дело обстоит с «оценками различных аспектов деятельности городской власти»: та же порядковая шкала (оценки от 1 до 5) предлагалась для следующих направлений деятельности – ЖКХ, ремонт дорог, работа общественного транспорта, обустройство зон отдыха и работа над имиджем города, развитие экономического потенциала Харькова, организация культурно-развлекательных мероприятий для горожан.

Если вывести среднее арифметическое по оценкам, то суммарный «индекс одобрения деятельности» должен был составить +16,5%, однако прямой вопрос об оценке работы городской власти дал положительный индекс лишь на уровне +1%. О чем это говорит? Вероятно, это лишний раз подтверждает вышесказанное по поводу имиджа Кернеса, который мало связан с реальной ежедневной работой городской власти. Одновременно это указывает и на то, что критические настроения по отношению к власти зачастую подкреплены не конкретными, «вещественными» фактами, а «медийными легендами» и крайне субъективными представлениями о политике и ее основных акторах.

Анализ популярности СМИ

Еще один блок нашего исследования был посвящен вопросу об источниках получения респондентами политически значимой информации. Список вариантов (*выбранная шкала: номинальная с совместимыми альтернативами) включал в себя ТВ (национальное, зарубежное, региональное), радио, Интернет, печатные издания (национальные, зарубежные, региональные), разговоры со знакомыми. В конечном итоге, нами были получены следующие результаты:

Гипотеза относительно того, что телевиденье будет пользоваться наибольшей популярностью среди двух старших возрастных групп[2] (соответственно 75,6% респондентов из третьей возрастной группы и 82,9% из четвертой возрастной группы признали, что центральное телевидение является для них  источником информации о социально-политической ситуации в регионе и стране) подтвердилась. Кроме того, подтвердилась гипотеза, относительно того, что среди молодёжи будет популярен не только Интернет, но и общегосударственное телевидение: у первых двух возрастных групп[3] популярность Всемирной паутины и общенациональных телеканалов практически тождественна (соответственно: 64,9% Интернет / 60,7% телевидение у первой возрастной группы и 60,4% Интернет / 63% телевидение у второй возрастной группы). При этом следует учитывать невысокую популярность Всемирной паутины среди старших возрастных групп: 28,6% среди третьей возрастной группы и 6% среди четвертой.

Следовательно, можно сделать прогноз относительно того, что удельный вес Интернета в информационно-новостной сфере будет постепенно увеличиваться, хотя это и не будет сопрягаться с падением рейтингов общенациональных телеканалов. Возрастная структура потребителей СМИ в Харькове дает лишь один четкий ответ: постепенно будут сворачивать свою деятельность региональные телеканалы, радио и печатные СМИ (как общегосударственные, так и региональные). Это связанно с тем, что их основную аудиторию составляют люди старшего возраста, которые не могут себе позволить пользоваться другими источниками информации.

Возможно, уже через 10-20 лет в Украине будет выходить всего несколько печатных изданий, все остальные перейдут в электронный формат. Нельзя сказать, что подобная тенденция негативна – нет, это адекватная реакция нового поколения украинцев на возможности, которое им способен предоставить сетевой формат общения и обмена информацией.

Развивая тему источников информирования, мы поинтересовались у респондентов, какие именно новостные телепередачи регионального телевиденья они предпочитают. Следует отметить, что анкета формировалась до закрытия АТН и «реорганизации» телеканала «Фора». В итоге именно АТН оказался лидером – оппозиционные новости смотрели (уже в прошедшем времени) 35,5% харьковчан. Лояльные к власти «Известия» на 7 канале смотрят 32% горожан, «Объектив» – 24%, ОТБ – 21, «Медиапорт»  – 13,7, Новости Р1 – 13%. 23,7% респондентов  не смотрят региональное ТВ, а 10,7% не следят за новостями ни на региональном, ни на центральном ТВ.

Актуальные информационные темы и электоральные предпочтения

Данная таблица показывает уровень актуальности судебных процессов над оппозиционерами с точки зрения избирателей, поддерживающих конкретные политические силы. Ничего примечательного в том, что электорат ВО «Батькивщины», Фронта перемен или партии УДАР определяет (в большинстве своём) судебные процессы как актуальную проблему нет, но вот то, что 40% электората Партии регионов и 50% электората КПУ видят в них актуальное событие – это довольно интересный феномен. Можно трактовать подобные показатели, как отображение высокой степени включенности украинских избирателей в плоскость публичной политики. Учитывая то, что вариант «затрудняюсь ответить» не превышает 13%, свидетельствует как об информированности избирателей, так и о наличии определенной гражданской позиции.

Данная таблица показывает насколько актуальными, по мнению избирателей различных политических сил, являются недавние конфликты между различными государственными органами и оппозиционными телевизионными каналами. Невзирая на то, что связь между политическим выбором и актуальностью проблемы цензуры в Украине невелика (коэффициент Крамера и Чупрова тождественны при фильтровом выделении 5 партий – 0.186), на диаграмме прекрасно видно, чей электорат является номинальным апологетом свободы слова, на данный момент – это избиратели ВО «Батькивщина» (суммарная актуальность равна 72.3%) и избиратели «Фронта перемен» (суммарная актуальность равна 64.1%).

Следует также сказать, что в целом актуальность проблемы цензуры достаточно велика – даже харьковский электорат Партии регионов (суммарная актуальность составляет 32.3%) считает этот феномен общественно-политической жизни Украины весьма резонансным. Интересно также и то, что среди избирателей партии УДАР самый высокий процент тех, кто затруднялся ответить на вопрос о цензуре. Это косвенно доказывает то, что партия УДАР не позиционирует себя как «жесткую оппозицию», а скорее как «конструктивную оппозицию». В свою очередь, такая самоидентификация привлекает специфический электорат, который, отвечая на вопросы относительно цензуры, ориентируется на стандартное поведение поддерживаемой им политической силы (например, партия УДАР не участвовала в акциях протеста против цензуры, которые организовывала ВО «Батькивщина» и «Фронт перемен», а значит, их электорат будет в этом вопросе сомневаться).

При ответе на вопрос об актуальности ряда социально-экономических и политических проблем, респондентам было предложено оценить от 1 до 5 (порядковая шкала) важность и значимость некоторых объективно существующих неразрешенных вопросов или же сконструированных информационных поводов. Применим аналогичную модель подсчета «индексов важности», как и  случае с «индексами доверия» политическим лидерам (разность сумм «5»/«4» и «2»/«1»: другими словами, определяем разницу в процентах среди тех, кто считает проблему актуальной, и тех, кто придерживается противоположного мнения). Как мы и предполагали, экономические проблемы харьковчанам показались более значимыми, чем, так называемые, «гуманитарные».

Наиболее актуальными стали: коррупция (+75,4%), безработица (+69%), пенсионная реформа (+63,5%), налоговый кодекс (52%), долги по зарплате (+49), развитие местного самоуправления (+41%). Относительно слабый интерес у респондентов вызывают проблемы проявлений цензуры и судебных дел, возбужденных против оппозиционеров (+7,5% и 16% соответственно). Теряет свои позиции часто разыгрываемая карта «русского языка» (+24%) и статуса воинов УПА (-22%). Вопрос межэтнических конфликтов и противоречий в многонациональном Харькове также не считается актуальной проблемой (-3,5%). Что касается двумерных распределений, то следует отметить, что концентрация власти в руках одной партии, цензура и суды против оппозиции больше волнуют молодежь, в то время как статус русского языка является более актуальным для 4-й категории (люди старше 60), вероятно это дает возможность предположить, что лишь коммунисты на предстоящих выборах оставят тему языка в своей риторике. В целом же большинству партий следует сосредоточиться на экономическом, а не «гуманитарном» популизме, так как вопросы материального благосостояния граждан на данный момент рассматриваются респондентами со значительно большим интересом, чем «гуманитарные» (национальный вопрос, язык, история, военные блоки).

Чего хочет электорат?

Этот блок вопросов является, как нам кажется, самым важным и, в то же время самым сложным. Последний блок вопросов анкеты был посвящен критериям выбора респондентами политических партий и лидеров: мы поинтересовались у харьковчан, обращают ли они при выборе кандидата/партии внимание на ряд предложенных характеристик. Для обоих вопросов использовалась порядковая шкала (от 1 до 5 с нейтральной категорией «3») и при анализе данных мы рассчитывали «индекс значимости» («сумма 4+5» минус «сумма 1+2»).

Итак, при выборе кандидата наиболее значимыми оказались следующие критерии: программа (+71%), успех в профессиональной деятельности (+70), личные качества (+62,5%), партийная принадлежность (+61%), участие в благотворительных акциях (+18). Скорее «неважными» харьковчане считают такие характеристики, как национальность и происхождение (по -6%), мнение окружающих (-13%), внешность (-14%), личное знакомство с кандидатом (-27%). Учитывая колоссальную важность этого блока вопросов, позволим себе подробнее остановиться на некоторых моментах. Во-первых, цифры, полученные в качестве «индексов значимости», не должны вводить в заблуждение: даже при отрицательных индексах национальности, происхождения, внешности, личного знакомства эти критерии остаются значимыми для достаточно большого процента населения (а с учетом некоторых двумерных распределений – для целых электоральных ниш).

Для каждого третьего имеет значение личное знакомство с кандидатом (что крайне важно в контексте перехода на смешанную систему для «мажоритарщиков»), для 40% важна национальность и происхождение/em (происхож/pдение больше волнует пенсионеров), для 38% – внешность (преимущественно женщины). А вот программу, которая имеет рекордный «индекс значимости» (+71%) на самом деле читают крайне редко и неохотно: например у прошедшего по аналогичной системе выборов в ВР-98 Михаила Добкина программа умещалась на одной странице и представляла собой набор популистских и противоречащих друг другу лозунгов.

Так что «фетишизация программы» (или идеологии в случае с партиями) не должна отвлекать нас от действительно имеющих значение, местами иррациональных, критериев выбора. А, к примеру, оценивать влияние «мнения окружающих» следовало бы с помощью косвенных вопросов и вторичных индикаторов: 30% признавших, что обращают внимание на мнение окружающих, это не предел значения данного критерия – это лишь показатель количества отдающих себе отчет в этом влиянии.

При выборе партии харьковчане в первую очередь обращают внимание на следующее (или, по крайней мере, так утверждают): политическая программа (+73,6), идеология (+61%), первая пятерка лидеров партии (+54%), история партии (+35%). Меньшее значение имеют факторы, получившие «отрицательные индексы» (то есть количество людей, не придающих значения этим критериям, на N% превышает количество респондентов, учитывающим данные факторы): политическая реклама (-3%), название и символика (-4%), мнение окружающих (-11%), членство в партии «звезд» (-45,7%). Хотя, опять-таки, та же «политическая реклама» призвана оказывать влияние, скорее, на подсознание, потому не следовать недооценивать ее значение из-за «отрицательного индекса».

Кроме того, харьковчане не считают, что мнение окружающих является определяющим при выборе кандидата. Желание видеть свой политический выбор как самостоятельный акт оторвано от понимания реального механизма формирования политической мотивации, а, следовательно, и политических предпочтений. Однако для нас эта информация важна в качестве ключа для понимания процессов рефлексии харьковского электората.

Итак, на вопрос «оцените важность следующего фактора при выборе кандидата» на вариант ответа «мнение окружающих о кандидате» разделилось следующим образом:

В случае с политическими партиями мы можем наблюдать похожие электоральные ориентации. Например, мнение окружающих при выборе партии практически повторяет результаты тождественного вопроса по отношению к конкретному политическому кандидату:

Как и в случае с конкретными кандидатами, большинство респондентов ориентировались бы при выборе партии на её программу («очень важным» или «скорее важным» этот показатель считают 85,4% избирателей); её историю (63,3% избирателей); на первую «пятёрку» партии (73% избирателей); её идеологию (76,4% избирателей). Менее важной при выборе партии является, по мнению респондентов: наличие в политической силе звезд спорта и эстрады (всего 21,3% избирателей считают такую характеристику партии значимой), её символика (42,3% избирателей считают символический облик партии значимым), а также политическая реклама (44% избирателей).

Таким образом, можно суммировать несколько интересных фактов о сторонниках Партии Регионов: 76% из их числа одобряют действия городской власти, в то же время 40% признают актуальность проблемы возбуждения судебных дел против лидеров оппозиции, а 36% – концентрации власти в руках одной политической силы. Они в большей степени, чем респонденты в целом (82% против 61%) считают важной при выборе кандидата партийную принадлежность, они смотрят «Известия» больше, чем АТН (40% против 32%, в то время как в целом по всей генеральной совокупности соотношение 35,5% против 32% в пользу АТН).

Обратим внимание на ряд интересных двумерных распределений. Во-первых, остановимся на феномене «политических сиамских близнецов» (о которых подробнее мы пишем ), тем более что Михаил Добкин и Геннадий Кернес представляют как раз такой «сиамский тандем». Если взять два вопроса (доверие Добкину и Кернесу соответственно), то мы увидим тесную связь в ответах (коэффициенты Крамара и Чупрова – по 0,651; Пиросна – 0,819; Спирмена – 0,827). То есть практически каждый, кто высказал «полное недоверие» Добкину, сделал тоже самое по отношению к Кернесу и наоборот (с поправкой на незначительное рейтинговое преимущество губернатора). Что касается «полного доверия», то совпадение на уровне 68%. Распределения (от 1 до 5 с нейтральной категорией «3») для обоих политиков выглядят следующим образом: Кернес 33,9% – 25% – 6,9% – 24,2% – 9,9%; Добкин 27,4% – 26,9% – 6,9% – 26,8% – 12%.

Во-вторых, обратим внимание на «двумерку», связанную с интернет-новостями: около 40% респондентов признали интернет в качестве источника политически значимой информации, из которого лично они узнают новости. В то же время процент пользователей среди 1 и 2-й категорий (18-30 и 30-45) несопоставимо выше, чем аналогичный показатель среди 4-й категории (старше 60): 55% против 3,8%.

Что касается связи между партийными предпочтениями и доверием к ряду политических лидеров, то она также присутствует (коэффициент Крамара – 0,3, Чупрова – 0,229). Хотя есть и исключение – Александр Фельдман, представляющий Партию Регионов (хотя, вероятно, не все харьковчане об этом знают – слишком уж часто владелец «Барабашово» менял свою «партийную прописку»), в равной степени вызывает недоверие как у сторонников ПР, так и оппозиционных сил.

Напоследок, пару слов о двумерных распределениях, связанных с районом проживания респондента. Учитывая наш объем генеральной совокупности (969) и количество районов (9), некорректно судить о каких-то тенденциях, потому мы рассмотрим лишь наиболее отклоняющиеся от средних по городу цифры. Так, Партия Регионов большую поддержку получает от жителей Ленинского (32%, +5%) и Фрунзенского районов (34%, +7%). Рейтинг «ниже среднего» партия имеет в Коминтерновском (19%, -8%) и Киевском (22%, -5%) районах. «Батькивщину» больше поддерживают в традиционно ее районах – Московском (16,5%, +5,5%) и Дзержинском (15%, +4) района; хуже всего у «бело-сердечных» дела обстоят в Червонозаводском (4%, -7%) и Коминтерновском (3%, -8%) районах. Наибольший рост протестных настроений (то есть процент тех, кто заявил о своем намерении не идти на избирательные участки) был зафиксирован в Орджоникидзевском (40%, +17%) и Червонозаводском (31%, +8%) районах; в то же время в Московском районе процент нежелающих участвовать в выборах находится на уровне 15%, что на 8% ниже, чем средний по городу.

Анализируя данную диаграмму можно сказать, что на данный момент мажоритарные кандидаты, баллотирующиеся не от Партии регионов, имеют потенциал для победы на парламентских выборах 2012 года лишь в 3 из 9 районов[4] Харькова: Дзержинском, Киевском и Московском. В целях победы на выборах, естественно, необходима консолидация оппозиционных сил для создания единого списка мажоритарных кандидатов, которые будут принимать участие в избирательных состязаниях.

В противном случае, вероятность которого, учитывая сегодняшнюю политическую конъюнктуру, намного выше, по всем избирательным округам города Харькова победит Партия регионов, которая традиционно пользуется высокой поддержкой среди харьковчан. Следовательно, если харьковский «Фронт перемен» не вступит в союзные отношения с «Батькивщиной» (а так и будет, ведь Александр Давтян не собирается портить свои отношения с городскими властями), то ни одна из этих политических сил не сможет привести своих мажоритарных кандидатов к победе.

Выводы

Мы получили чёткую картину избирательного процесса на уровне принятия индивидуальных решений. Харьковчане видят свой политический выбор как обдуманный поступок. С точки зрения рядового избирателя он делает всё правильно, ориентируясь на рациональные модели поведения (сравнивая программы партий и кандидатов, их идеологию, историю деятельности и т.п.). Однако мы прекрасно понимаем, что желание видеть процесс выбора, как действия, полностью детерминированного собственными мыслительными процессами, в большей мере преувеличено.

Следовательно, здесь открывается большой пласт для аналитического осмысления, которое сможет помочь нам выявить соотношение между внешними факторами, побуждающими гражданина к участию в голосовании и к выбору конкретного кандидата/партии, а также внутренними факторами, которые, во многом, проявляются в оппозиционных настроениях по отношению к политическому выбору большинства, то есть, в оппозиции к региональному политическому мейнстриму (в нашем случае к политическому мейнстриму города Харькова).

[1] Данные взяты с сайта ЦИК:

[2] Третья возрастная группа: от 46 до 60 лет, четвертая возрастная группа – тем, кому больше 60 лет

[3] Первая возрастная группа от 18 до 29 лет, вторая возрастная группа от 30 до 45 лет.

[4] В городе Харькове на парламентских выборах 2012 года будет 7 мажоритарных округов.

«Харьковские политические студии»