Магистраль из прошлого
Можно с небольшой дозой преувеличения сказать, что об этой дороге мечтал ещё царь-батюшка. И не он один.
Лучшие умы России ломали головы над тем, как добыть, а главное, вывезти в Европу сибирские лес, металл, золото. То есть первая причина начала строительства — а она и сейчас главная — добраться до богатств Сибири. О другой причине, военно-стратегической, тогда не вспоминали…
Вспомнили, когда империя сказала своё слово: построила семь с половиной тысяч километров Транссибирской магистрали. После первых лет эйфории всплыла и досадная проблема: Маньчжурия и Монголия так России и не достались, а Китай, по территории которого была проложена часть Транссиба, получил великолепную возможность шантажировать соседа. Отсюда — стремление России построить «второй Транссиб»: от Байкала, через Сибирь к Тихому океану. Идее не суждено было осуществиться. В России в ту пору не было ни денег, ни технических средств для такого грандиозного строительства. Кроме того, приближалась Первая мировая война…
Начало эпопеи
То, что оказалось не по плечу мощнейшей империи мира, запросто решила осуществить власть новая, коммунистическая. Планы строительства «второго Транссиба» появились уже в 1924-м, и это в разорённой войной стране! Впервые название «БАМ» — Байкало-Амурская магистраль — было употреблено в одном из документов того времени в 1930-м. И наконец в 1932 году вышло постановление Совнаркома СССР «О строительстве Байкало-Амурской железной дороги». Постановление решающее: оно одновременно запустило проектно-изыскательские работы и начало строительства. В прессе, партийных документах стали фигурировать названия населённых пунктов, о которых страна раньше не слышала: Тында, Волочаевка (помните песню?), Тайшет…
Его величество государь Александр III «с грустью и стыдом» писал о том, что правительство российское ничего не сделало для освоения Сибири, богатого и запущенного края. Моральная планка у правителя империи нового образца, Сталина, была установлена значительно ниже. Можно предположить поэтому, что грусть, стыд и тем более сострадание Иосифу Виссарионовичу были несвойственны. Зато чувством юмора «вождь всех народов» обладал. Именно на этот, правда, весьма специфический юмор можно списать тот факт, что созданная в пожарном порядке организация БАМлаг разместилась в захудалом посёлке под названием Свободный.
Всего за несколько лет в районе БАМа были созданы семь лагерей. Сотни тысяч заключённых, в основном политических, долбили кирками мёрзлую землю. Проклиная свою судьбу и советскую власть, они прокладывали рельсы в светлое «чьё-то будущее».
Эти рельсы, а также мостовые переходы БАМа в 1942 году по приказу Государственного комитета обороны были демонтированы и использованы как противотанковые «ежи» под Сталинградом. Время было грозное, но только ли поэтому БАМ не достроили и в этот раз? Ведь подневольный труд по определению не может быть продуктивным и качественным!..
«И большая тайга покоряется нам!»
Думается, уроки первого БАМа были всё же усвоены. В бой был брошен главный резерв партии — комсомол.
Начиная с 1967 года, на БАМе начали проводиться изыскательские работы. Старый проект уточнялся и перерабатывался Мосгипротрансом — эту проектную организацию определили как главную. Аргументы экономические назывались всё те же: доступ к богатствам Сибири и Дальнего Востока. Политические тоже были усилены поведением Китая: краткосрочные пограничные стычки на острове Даманский хоть и не переросли в полномасштабную войну, но дали понять, что в случае таковой Транссиб, эта основная артерия Дальнего Востока, будет от большой России отрезана.
Существенная разница между БАМом «первым» и «вторым» состояла ещё и в состоянии государственной казны. Если коротко: в страну начали поступать деньги, притом большие. И хотя многие из нас, особенно люди старшего поколения, ностальгируют по Союзу, следует помнить, что держался на плаву «великий и могучий» не благодаря производству танков, самолётов, ракет и прочего оружия: его раздавали бесплатно по всему миру дружественным режимам. Живые деньги поступали в страну от торговли нефтью, газом, лесом. А тут несказанно повезло: первый мировой энергетический кризис, спровоцированный арабами, в разы поднял цену на советскую нефть. Можно только предположить, как бы мы жили, если бы у тогдашних наших правителей был менталитет каких-нибудь норвежцев. Даже если не сложили бы эти деньги в копилочку, в национальный фонд для следующих поколений, то могли бы потратить, скажем, на модернизацию обветшалой инфраструктуры в европейской части страны, на новые технологии, на… Но мы ведь жили в великой стране! Державе, давшей миру первого космонавта! Стране, где всерьёз рассматривался проект поворота вспять великих сибирских рек! И страну эту развернули лицом к БАМу:
Слышишь — время гудит «БАМ»!
На просторах крутых — «БАМ!»
И большая тайга покоряется нам!
Стихи Роберта Рождественского, музыка Оскара Фельцмана, исполняет Владислав Конков… Таких песен было создано много, заказ партии исполнили люди талантливые. И грохотали эти песни во всех концертных залах, на всех танцплощадках страны!
Это была брежневская эпоха. В марте 1974 года Л. И. Брежнев назвал БАМ «важнейшей стройкой пятилетки». А 27 апреля комсомол прямо с очередного съезда ВЛКСМ отправил на БАМ первых 600 добровольцев.
Через год автор этих строк тоже попал на БАМ. Нет, я не забивал костыли и не таскал шпалы, но меня, двадцатилетнего, как и тех первых шестьсот молодых ребят, влекла романтика. Газета в Амурской области, где меня после первого курса киевского журфака сразу назначили заведующим отделом промышленности, предоставляла возможность побывать на многих участках этой «стройки века». Свидетельствую: энтузиазм был как правило настоящий. Причиной его была молодость. Наряду, скажем, с победными достижениями бригады виннитчанина Бондаря, сумасшедшими темпами укладывающей железнодорожное полотно, тяжелейшим трудом сотен подобных бригад по строительству разъездов, мостов, станций, были песни под гитару у костра, рассветы у реки, охота. Молодёжь — а к тому времени на БАМе работало уже около полумиллиона человек — влюблялась и даже пыталась обзаводиться семьями. Именно пыталась, потому что обратной стороной романтической медали был тотальный бардак (более мягкое слово подобрать сложно), царивший на всём протяжении дороги. Людей, которые выполняли тяжелейшую работу, селили в слепленных на скорую руку фанерных домиках и даже железных строительных вагончиках. И это в условиях сибирского климата!
Пропаганда начала давать сбой. Рабочих рук стало не хватать и, пытаясь найти замену уехавшим комсомольцам, власть прибегла к испытанному много лет назад методу. Кроме комсомольцев,
а позже — солдатиков из железнодорожных войск, на стройке вновь появились зеки. Только на этот раз, в основном, уголовники, что сразу понизило градус романтики до точки замерзания.
Что первично во всей этой истории? Можно бы подытожить цифрами из победных рапортов той поры: построена магистраль протяжённостью больше трёх тысяч километров… «Золотая стыковка»: встреча строителей, шедших друг к другу десять лет… Уникальный в своём роде пятнадцатикилометровый Северо-Муйский тоннель…
Или попытка доведенных до отчаяния, обманутых, брошенных на произвол судьбы в суровой тайге строителей, в средине девяностых попытавшихся создать Байкало-Амурскую демократическую республику?
Вместо эпилога
Для таких, как я, Сибирь, Дальний Восток по-прежнему остались романтичными, овеянными «запахом тайги». Вспоминаются командировки в эту самую тайгу на… тракторе Т-74, поскольку ничто иное там пройти не могло. На остановках, возле полян голубики мотор не глушили: медведи конкурентов не любят, а там их было полно. Вспоминаются обалденные закаты над Буреей, Зеей, благовещенская набережная с видом на китайский город Хэйхэ…
Что интересно: нынешнее российское руководство о романтике на БАМе не вспоминает. Не получила развития также полемика с теми российскими учёными, которые считают БАМ «дорогой в никуда», утверждая, что железная дорога, проложенная на скорую руку в условиях вечной мерзлоты, эффективной и безопасной быть не может. Ведь ответом им всегда может служить заключение специалистов Министерства природных ресурсов РФ, утверждающее, что в природной «кладовой» в районе БАМа спрятаны ископаемые общей стоимостью в 600 миллиардов долларов! Именно ориентируясь на эти цифры, Россия планирует строить, расстраивать БАМ и дальше: согласно государственной «Стратегии-2030», за ближайшие 18 лет сюда будет вложено 400 миллиардов уже российских рублей.
Достанутся ли россиянам эти сказочные «сокровища Али-Бабы»? И если да, то сделает ли это их счастливыми или великая страна уже окончательно превратится в сырьевой придаток технологически развитых держав?
Вопросы чисто теоретические. Нас это уже не касается. Мы теперь живём в другом государстве…
